На бумаге получившаяся ватага смотрелась, наверно, неплохо: сплочённый, спаянный отряд юных, но очень уже боевитых магов под предводительством сильнейшего командира. К ним, под защиту и для баланса — пару талантливых одиночек и несколько таких себе, очень условных волшебников. Хорошо же, да? Вполне рабочая схема.
Только вот это гладкое построение не учитывало, что лицеисты Белова и Пламенный друг с другом с некоторых пор не общаются. В принципе. Мы даже взглядами старались не пересекаться, чтобы не доводить до греха. Доверить свою спину Светозаровой своре во время опасной по-настоящему ситуации означало прям-таки откровенно напрашиваться на несчастный случай. Меня не только от предвкушения встречи с всамделишней нечистью так трясло. Дорогие соученики были, по всем прикидкам, как бы и не опасней.
Помимо наставников, пасти нашу группу должны были ещё и двое учеников старших классов. Мощный парень, в котором я без всякого удивления узнала ещё одного ближника Пламенных. И Сенья из Шалгу, гибкая и неожиданно выглядевшая реально опасной в охотничьем строгом костюме. Когда взгляд упал на неё, я чуть-чуть успокоилась.
— Ладно, — сказала со вздохом встревоженной Сонечке, — чего уж теперь. Будем взбивать лапками масло.
— Ква, — тихонько поддержала инициативу подружка.
Мы закинули на плечи походные сумки и вышли из раздевалки. За спиной, бесстрастным конвоем, шагала Евгения, отсекая идею побега. Движением брови отправила нас с Соней в центр собираемого в просторном зале строя.
— Ослов и учёных — на середину! — пробормотала я себе под нос. Сообразила, что говорю на французском, и сжала сердито зубы.
Через пару минут все были в сборе. Мастер Лесьяр окинул получившийся строй скептическим взглядом. Сегодня он облачён был в длинный кафтан, обшитый пластинами из панциря какого-то зверя. А вот оружия на виду не держал.
— Вы справитесь, — не столько выразил уверенность, сколько приказал мастер боя.
Развернулся и повёл за собой. Ну а мы, точно стайка безмозглых гусят, двинулись следом. Из расположенного под чердаком огромного зала — на центральную лестницу. По ней вниз, до главного вестибюля. И далее… тоже вниз. В полуподвальный этаж. В подвал. И дальше, всё ниже и ниже, пока утончённая лепнина на потолке и сияющий мрамор под ногами не сменились старинной кирпичной кладкой и грубо обработанным камнем. И вот этот вот тёмный, неприветливый спуск жил в памяти моей. И в кошмарах.
— Постойте-ка, — громко спросила я. — Практика что, будет проводиться прямо здесь, в подземельях Лицея?
— Вам же чётко сказали: младшие классы в этом году за щиты крепости Гнева решено было не выпускать, — в раздражении откликнулась Евгения из Талых Глубин. — Разумеется, будем набивать руку на том, что найдём в собственных подземельях. Разве есть другой выход?