— Великий князь Воислав на тот момент был уже прославленным воеводой и небывалой силы боевым магом. Дар его, как и личность, полностью сформировались, и давление от древних плетений никак новому правителю не вредило. Белый Князь держал защиту предела до того рокового дня, когда получил во время сражения смертельную рану. Три дня и три ночи престол Края Холодных озёр пустовал, пока спорили меж собой потомки Великого князя Всеволода. Пронзающие воды и земли старые заклинания защиту держали, но с каждым часом слабели и распадались. От границ приходили тревожные вести: о нападениях нежити, о набегах соседей. На исходе третьего дня контроль перехватил один из младших княжичей, взявший себе имя Владимир и получивший после тех событий прозвище Гневный Сокол.

В этом месте я замялась. Далее начиналась история совсем уж неприглядная, и я понятия не имела, что из озвученного папой и прочитанного в отобранной мамой не вполне легальной литературе можно было упоминать вслух. И тогда вновь заговорила чуткая и политически подкованная Сонечка Унтова. Ей, такого дяди племяннице, было можно:

— Великий князь Владимир взял на себя всю тяжесть заботы о безопасности Края Холодных озёр, — красиво завернула она. — И нёс груз этот долгие годы…

— Да сколько можно уже славословий! — самым невоспитанным образом возопил Дима, прерывая сей гладкий рассказ. — Мы ж про наследия говорить хотели!

— Вы сами задали вопрос, господин Кузнецов, — ледяным тоном осадила вздорного недоумка наставница, взглядам заставляя заткнуться и сесть обратно на место. — И сейчас имеете шанс получить на него ответ. Если будете внимательны и сумеете расслышать то, что остаётся непроизнесённым и прячется между словами.

— Владимир Гневный Сокол нёс на своих плечах бремя древней защиты долгие годы, — как ни в чём ни бывало продолжила Соня, — и было оно велико. И тогда призвал он к себе старшего сына и оказал юноше великую честь, сделав своим соправителем и позволив разделить тяжесть ноши. Несколько лет княжич помогал отцу в трудах его, однако же, ослабел и скончался от неведомой хвори. И тогда Великий князь призвал к себе второго своего сына и оказал ему великую честь, позволив разделить тяжесть отцовской ноши. А когда умер и второй княжич, призвал Гневный Сокол третьего сына и оказал ему великую честь…

По мере того как текла плавная эта речь, надутое лицо пионера Димы вытягивалось. А вот местные все как один сохраняли совершенно каменные, неподвижные рожи.

— Довольно, — прервала Соню наша наставница, — нужно и другим дать возможность высказаться. У нас здесь, в конце концов, языковая практика. Господин Ребо, окажите нам честь.