— У меня их скоро даже на поддержание щитов не останется, — нервным жестом одёрнула рукава поверх тяжёлых браслетов Унтова.
И Илмари, и Хийси не сговариваясь подались от неё чуть подальше. Я, напротив, поддерживающе сжала ладонь. Тут открылась дверь, и в класс яхтой под парусами вплыла Евгения Великолепная. Посмотрела на сладко посапывающего на коленях у Лидии восьмилетку, поджала губы, но ничего не сказала. Даже, кажется, накинула на мальчонку звуковую иллюзию, чтоб тот не слышал наших голосов и спокойно спал дальше.
— Перерыв окончен! Собираемся, занимаем места в круге.
Наставница царственно опустилась в своё высокое кресло. Окинула зевающих и ёрзающих учеников ироничным взглядом.
— Итак, приступим. В прошлый раз мы с вами обсуждали эпоху правления Всеволода Тысяча Рек, а сегодня, пожалуй, поговорим о…
— О наследовании! — перебил её, по-пионерски поднимая руку, Кузнецов Дмитрий. Изъяснялся он, что характерно, на вполне пристойном старом греческом, с грамматическими ошибками, но уже почти без акцента. Это означало, что предок, от которого Дима взял знание языка, речью старой Эллады и Византии владел в совершенстве, — Давайте разберём, как строится порядок наследования, да хоть у тех же Великих Князей. Потому что я совершенно запутался и ничего в заданном для самостоятельной работы тексте не понял!
Ох и тему для разговора выбрал бесстрашный наш Димочка! Повисла неловкая тишина. А потом Евгения улыбнулась: чарующе и при этом откровенно зловеще. Сказала:
— Что ж, давайте поговорим о наследовании. Чтобы не отходить далеко от плана занятия, в качестве примера возьмём потомков Всеволода Тысяча Рек. Итак, кто может рассказать о них?
Местные ребята обменялись красноречивыми взглядами: даже официальная летопись того, как пришла к власти ветвь Гнева, была, мягко говоря, политически заряженной. Особенно если обсуждать её, сидя в самом сердце крепости Гнева. В обществе правнучки Воислава Белого, о да.
Сонечка уныло вздохнула и хилой грудью закрыла сию неуютную амбразуру.
— После смерти Великого князя Всеволода на престол взошёл самый старший и самый сильный из его сыновей, чародей Военег Ворон. Защитные плетения предела он перехватил без труда, воды слышали голос его, а нечисть страшилась. Удерживал князь-чародей защиту легко, или, по крайней мере, со стороны его трудностей никто не заметил. Но погиб молодым, отражая ударившую по пределу злую волшбу. Престол перешёл ко второму по возрасту и силе сыну Всеволода Тысяча Рек: витязю Воиславу Белому.
Подруженька сделала пауза, давая мне возможность, если будет желание, говорить за своего предка. Желания, честно признаюсь, не было ни малейшего, но положение обязывало. Я подхватила рассказ: