— Так мы не за санями, а за меткой, в соболях спрятанной. По ней шли. Потому и запоздали, — с досадой смотрел он на облепленного черным колдуна.

— У вас их человечек работает. Точ сказал — ему сигнал дали, когда я выходил. — Расслабился я и затылок к стене прислонил.

Да тут же поморщился от боли — шишку мне знатную набили, как вырубить хотели…

— Человек слаб, — пожал Рэм плечами. — Слаб, но предсказуем, что хорошо… Что-то такое я и думал, когда метку ставил… А человечка того выявим.

— Ну и люди у вас служат.

— Стал бы я сам кучером рядиться, если был во всех уверен?.. — Выдохнул он откровенно.

— Жаль, колдун сдох. — Посетовал я. — Снова тупик, а?

— Кто сказал, что сдох, — улыбнулся Рэм лисой. — Отдыхает, — пнул он замотанное в черным тело.

— Вот и славно, — обрадовался я. — Он про других говорил. Без имен, но… Многие замешаны.

— Расспросим. Все расскажет. — Уже с теплом посмотрел уважаемый Рэм на пленника.

— Еще он про каких-то хозяев говорил. А это кто?..

— Точно знать хочешь?

Я хотел было уже «да» ответить, но вовремя язык прикусил.

— Не хочу, уважаемый Рэм. — Прикрыв глаза, выдохнул.

— И правильно. — Скупо похвалил он. — А вообще — сам виноват. Я же сказал — езжай к Варе.

— Так на какие деньги я ей подарки куплю? Соболя — вон, все еще не проданы. А десятник Точ предложил на торг подвезти. Потом со скупщиком пообещал познакомить.

— И как тебе знакомство?

— Как видите, соболь еще не продан. — Отодвинулся я от стены.

— Ладно. Помогу я тебе. Сколько, говоришь, за него хочешь?

— Пять соболей — по полторы монеты золотом.

— Четыре только вижу, — хмыкнул он.

— Уважаемый Рэм, — с укоризной посмотрел я на него, на ноги встав.

— Ладно. Пять — так пять. — Махнул он рукой. — Помоги тела обыскать. Что найдешь — на прилавок.

Сам Рэм за лавку ушел и там что-то выискивать начал.

Я, устало плечами пожав, спрашивать не стал — помогу, чего не помочь? Только на оторванную голову старался не смотреть — а так, сложно ли дело… Заодно ножик себе вернул, о чужую одежду обтер и в ножны положил.

Выложил в итоге все найденное, куда велено — ключи всякие, вещицы, кресало, кошельки. Рэм туда же пару кошелей, за лавкой найденных, уронил — и тут же, все остальное проигнорировав, принялся со всех кошелей монеты в одну кучу вываливать.

Оттуда и отсчитал мне серебром и золотом десяток золотых. Да еще немало осталось — это он себе сгреб, ничуть не постеснявшись.

«А так разве можно?» — Чуть было не ляпнул я.

Значит — можно. Занятная у них служба.

— Мед у него хороший. Я возьму бочонок?

— Да бери.

Подхватив последний оставшийся бочонок, закинул его себе на плечо и нестойкой походкой на выход пошел. Пережитое что-то изрядно укачало — да и по голове прилетело не слабо…