— Почему?
— Потому что сегодня они отпустили за деньги невиновного, а завтра отпустят преступника. Хотя человек, конечно, хороший…
Повозка въехала в столицу и остановилась ненадолго.
— Ну что, парень, вот ты и в славном городе Друдене, столице нашего, не менее славного, королевства. Что чувствуешь?
Якоб повел носом:
— Пахнет тут. Чем-то.
— Господин сержант, — молодой стражник отряхнул крошки с голубого сукна мундира, — Вы и правда не скажете никому о том, что этот парень проезжал через наши ворота?
— Не я, — сержант забросил в рот сало и хрустнул луковицей, — а мы. Видишь разницу?
— Но почему?
— Потому что брать взятки и без того грешно, а брать их и не делать того, за что заплатили — грех вдвойне.
Он отпил из кружки, вытер усы:
— Ну что, сколько мы с тобой взяли за смену?
Молодой подумал, что сержант как хочет, а он врать монахам не станет, ведь те обязательно приедут и спросят. Вздохнул, полез за кошельком:
— Ну, два талера с… ЧЕРНОТА ЗЕЛЕНАЯ!
Из кошелька на дно бочонка, за которым оба стражника присели перекусить после дежурства, посыпались глиняные черепки. Ни одной монеты.
— Колдовство… — выдохнул сержант и судорожно дернул завязки своего.
Все деньги были на месте. И два серебряных талера.
Монахи обязательно спросили бы…
— Зелень!!!
Брат Лепус еле успел убрать голову после выстрела: огненный шар ударил в стену около щели.
— Давай!
Брат Люпус не глядя выстрелил и мгновенно спрятался. Ответного выстрела не последовало.
Тишина.
Два тяжело дышащих монаха осторожно выглянули в щель.
— Устала?
— Не знаю…
На площадке разгромленного постоялого двора, издевательски залитого солнечным светом, не шевелился никто. Особо и некому было.
Обугленные трупы крестьян. Вон тот, кажется — хозяин двора…
Мертвые лошади.
Мертвый шарук.
И брат Тарандрус. Мертвый.
Демоническая тварь успела разрубить ему копытом горло прежде, чем братья Люпус и Лепус застрелили ее.
Где же ведьма?
Ворота двора были не просто раскрыты — взорваны, дымящиеся обломки валялись вокруг. Неужели ведьма успела убежать?
А как все просто казалось…
Два часа назад монахи подъехали к стоянке, где, предположительно, провел ночь тот самый таинственный крестьянин, что привез в столицу Ирму цу Вальдштайн. Здесь его уже не было, но хозяин двора поклялся, что молодой парень, в точности соответствующий описанию, буквально полчаса назад уехал вместе с торговым обозом, который ехал из столицы.
Монахи бросили вслед обозу.
Хозяин стоянки не соврал, он сам, своими глазами видел, что искомый парень находился в обозе. А вместе с мельничным подмастерьем, тем, что в странной шляпе, уехал вовсе немолодой крестьянин лет сорока.