Дно прекрасно видно, никаких монеток там нет. Не вербовщики. Постой-ка…
Якоб втянул запах. Неудивительно, что дно видно. Пены-то нет. Это не пиво.
Шнапс.
В пивной кружке. Налитой до краев.
— Что остановился, парень? — Вожак улыбался. Так жизнерадостно, что заподозрить его в нечистых намерениях мог бы только самый черный человеконенавистник.
Ну, или Якоб.
Смысл игры понятен: парень выпивает кружку, валится опьяневший — после такой порции и быка можно выносить — после чего выносится на воздух и очищается от лишних денег.
Могли бы подлить и снотвоного, а то и вовсе отравы. Только тогда подсовывали бы пиво. Его любой выпьет. А такую кружку шнапса — только редкий дурак. Если же выпьет — снотворное уже не понадобится.
— Или мы в тебе, парень, ошиблись? Никак ты трус?
Теперь понятно. Какой же молодой парень допустит, чтобы его заподозрили в трусости?
Якоб поднял кружку. До сего дня он не пил шнапса.
Сыновья старого Ганса вообще не любили шнапс. Ладно, пиво, оно хоть жажду утоляет. А от шнапса что?
Якоб медленно осушил кружку. До дна.
Поставил на стол и принялся неторопливо поедать репу. И так уже остывает.
Лица мошенников медленно вытягивались. Парень, выпивший полную кружку, не только не валился пьяным. Он вообще не опьянел.
Что толку для сыновей Ганса пить шнапс, если ни в одном трактире ни разу не было достаточного количества, чтобы они хотя бы охмелели?
Рано утром Якоб, проспавший всю ночь под пологом телеги, зашел в трактир, чтобы поесть перед дорогой.
Девчонка-дворянка не показывалась, наверное, еще спала. Оно и к лучшему: Якоб не собирался на самом деле везти ее в столицу. Пусть дворяне сами решают свои проблемы. А он поест, и когда девчонка проснется, будет уже далеко…
Стукнула дверь, раздался молодецкий хохот. Якоб поднял глаза на вошедших и помрачнел.
Черные треуголки, у командира — отороченная снежно-белым галуном, длинные небесно-голубые мундиры, залихватски повязанные красно-синие шарфы, белые чулки, ботинки с блестящими пряжками… Да и сами солдаты как на подбор: высокие, красивые, настоящие вояки.
Солдаты, весело шумя, усаживались за стол. Якоб отпил пиво, бросив поверх кружки косой взгляд.
С чего бы веселиться солдату? В особенности, когда рядом — сержант? Почему же они так смеются? Уж не затем ли, чтобы показать, как здорово быть в армии?
Такие молодцы-красавцы встречаются в армии только в двух местах. Либо в королевской гвардии, а что гвардейцам делать в такой глуши, в отдалении от столицы? Либо это…
Вербовщики.
Как сглазил вчера, когда о них подумал. Якоб отставил пиво. Один из излюбленных приемов армейских вербовщиков: угостить кружкой подходящего парня, а когда тот допьет, обнаружит на дне медную монету. И все: пиво от армии взял, деньги взял, значит, ты согласился быть солдатом. Или еще так делают…