— … кроме того, — продолжил гвардеец, — ваши слова могут привести вас в суд.
— В суд⁈ Ха! В суд обращаются лишь те, у кого нет ни силы ни мужества решить свои затруднения по-мужски!
— Что же вы полагаете «мужским» способом?
— Дуэль!
Гольденхирш выхватил шпагу и сделал несколько красивых выпадов в сторону гвардейца.
— Или ты не умеешь драться?
— Не умею, — хладнокровно заметил тот.
Четверка дворян весело расхохоталась.
Гольденхирш еще раз махнул шпагой…
— Нападение на гвардейца, — монотонно произнес его спокойный противник.
Свистнула сталь, черный платок отер клинок, шпага гвардейца исчезла в ножнах.
Замерший на мгновенье Гольденхирш медленно упал на колени. Завалился на бок. Его шпага со звоном покатилась по булыжникам. Кровь из разрубленного горла потекла черной лужей.
Солдаты Личной гвардии короля действительно не умели драться. Только убивать.
Бывшая четверка, ставшая троицей, спрятала шпаги:
— Да тебя засудят!
Утренние лучи осветили нос спящей Ирмы. Девушки сморщилась, чихнула… Открыла глаза.
Надо же, она проспала всю ночь в кабинете. И ведь выпила совсем немного вина…
Ирма с недоверием рассмотрела пустой бокал. Да нет, это не она… Слуги выпили. Точно, слуги. Пока она спала.
Девушка вспомнила предыдущий день. Вернее, вечер. Своего разумного рассудительного дядю, который убедительно доказал ей, что Якоб — просто обманщик. Охотник за деньгами.
Правда, крестьянин тоже был очень убедителен… Но не дядя же ей соврал, в самом деле! Ему-то зачем⁈
Значит, все — вранье…
Ирма вспомнила маленькую булыжную площадь деревни с забавным названием… Клянелам… Бело-черные дома с острыми крышами… Колодец на площади…
Колодец Желаний.
Жаль, что сказок не бывает. Так хотелось бы, чтобы ее желание исполнилось…
Ирма зажмурилась и вспомнила загаданное.
Принца. Высокого, красивого. С золотыми волосами и синими глазами.
В комнате что-то прошуршало. Девушка открыла глаза.
В дверях кабинета стоял принц.
Высокий, красивый. С золотыми волосами и синими глазами.
— Доброе утро! — вбитый с детства этикет подсказал, что нужно делать, пока сознание еще пыталось понять, что вообще происходит. Ирма церемонно склонила голову, не вставая, — Позвольте узнать…
— Доброе утро, — «принц» улыбнулся, заставив сердце девушки обмереть, — Прошу прощения за мою бестактность. Я полагал, что кабинет дядюшки в такое время еще пуст и не ожидал увидеть здесь гостью.
— Дядюшки?
Что-то не помнила Ирма таких… такиххх… в общем, таких юношей среди своих родственников.
— О, я не представился. Дитрих цу Шварвальд, названный сын барона цу Шварцвальда, давнего друга хозяина этого дома.