Грибной Король наклонил голову и посмотрел на раны:
— Интересно, как вы хотели убить того, у кого нет ни сердца, ни вообще уязвимых органов?
Короля Вальтер зло улыбнулся:
— Как и любую плесень. Сдавайтесь, герцог. Ваш хозяин уже мертв. Скоро его слуги станут нормальными людьми. Вы проиграли.
— То есть как — мертв? — Резкое крушение планов после уже упавшего в руки выигрыша ввело герцога в ступор. Он цеплялся за последнюю надежду: Грибного Короля на самом деле нельзя было убить пулей.
Нельзя. И тем не менее Грибной Король умирал.
Он раздулся в белый шар, лицо человека полностью исчезло. Потом медленно вернулся обратно в человеческое тело… Осел в невысокую кучу и замер. Белая кожа, начиная от ран, пошла серыми пятнами.
— Все, — констатировал король Вальтер.
— Медные пули? — мертвым голосом проговорил герцог.
— Медные пули с медным купоросом внутри. Вы проиграли, герцог.
Цу Юстус неожиданно улыбнулся-оскалился:
— Но и вы не выиграли, ваше величество. Я остался. И вы не учли две вещи.
— Вы остались ненадолго. — Король кивнул, и гвардеец поднял пистолет, целясь в герцога.
Ирму оставили в запертой комнате, для надежности привязав к креслу. Она подергалась, но витой шнур, похоже, срезанный со штор, держал надежно.
— Что, госпожа Ирма, — раздался свистящий шепот. — Мне опять не удалось вас спасти?
Рудольф был перевязан, как колбаса и сильно избит. Рассеченная губа, заплывший глаз, синяки на лице, в добавление к старым, уже пожелтевшим.
— Рудольф… — Ирма почувствовала неожиданную жалость. Этот немолодой уже гвардеец примчался ей на выручку, вышел один против всех… Все ради нее. Пусть он и проиграл.
Какая женщина не оценит?
— Я не могу вам помочь… — всхлипнула она.
— Не надо мне помогать, — криво улыбнулся Рудольф. — Гвардеец я или нет?
За спиной Якоба остались длинные коридоры, шесть бесчувственных заговорщиков и один мертвый. Сам виноват: слишком быстрый, успел отпрыгнуть от кулака. А вот от летящей статуи — не успел.
Оставалось совсем недалеко до балкона, как впереди распахнулась дверь.
Якоб еле успел сдержать удар. Девчонка крутанулась в его сторону, вытянув вперед руку со скрюченными пальцами.
— Лотта?
— Лотта, ты что здесь делаешь?
Девушка неожиданно поклонилась:
— Госпожа Ирма была так добра, что взяла меня с собой.
Якоб тряхнул головой, пытаясь сообразить, что делать дальше.
— Так… Что ты здесь делаешь?
— Госпожа Ирма была так добра…
— Это я уже слышал.
— Не перебивай! — задорно отозвалась Лотта. — Госпожа Ирма была так добра, что взяла меня с собой. Сюда, во дворец. Здесь на нас напали.
— Кто?