Дав нашим скакунам перевести дыхание, пускаем их вниз бодрой, но лёгкой рысью. Местность здесь открытая, небольшие рощи стоят тут и там, но разгуляться есть где. Неожиданно Гров быстро выхватывает дротик, вслед за ним замечаю впереди скачущего в панике зайца. Парень чуть приподнимается и хлёстким движением отправляет дротик в полёт. Поражённо наблюдаю обострённым зрением за происходящим. Заяц не дурак, скачет не по прямой и шагах в сорока впереди, за время полёта копьеца успевает переместиться на расстояние побольше моего роста. Однако дротик вонзается ему в шею под затылком. Это как⁈

Да вот так! Вовсе не удивлённый фантастическим трюком брата младший подскакивает к зайцу и подхватывает его на ходу, не сбавляя скорости. Через пару мгновений заяц подвешен к седлу, а дротик возвращён владельцу.

Я уверенно чувствую себя в седле и кое на что способен, но до парней мне очень далеко. Впечатление такое, что они живут конными. Интересно, а они могут на ходу нужду справить? По большому? По маленькому я и сам смогу.

Проезжаем мимо небольшого калка. На этот раз младший прыгает прямо с седла на нижнюю ветку и шустро шарит по кроне. Вниз падает пара длинных относительно прямых веток. Старший их подбирает, а младший тем временем спрыгивает прямо в седло. Ага, догадываюсь, почему именно Дэн на дерево запрыгнул. Гров тяжелее, и лошади труднее его прыжки выдерживать.

Мы обогнали табун, нам надо приготовиться. Оглядываюсь. Здесь такой хитрый луг, с которого река не просматривается. Затапливается во время паводка через длинную протоку, которая обходит береговой косогор.

— Трава здесь замечательная, — рассказывает Гров, — хоть сам жуй. Но оводов и слепней видимо-невидимо. Тут вокруг возвышенности, ветров нет, воздух стоит. Для этих мелких злыдней раздолье.

Вижу. Уже вокруг нас летают. Для начала ставлю свою фирменную завесу в виде купола, а то и нас сожрут. Двигаю его вместе с нами к месту, откуда подойдёт табун.

— Давай здесь, — командую баронету, — и здесь.

Гров втыкает две палки и ускакивает навстречу табуну. Вместе с пастухами они выстраивают табун в подобие колонны, которая спускается в луговую долину через обозначенные нами врата.

Гров подъезжает ко мне, пара пастухов держит другой край шагах в пятнадцати. Никто не видит зеленовато-белёсую завесу между двумя воткнутыми в землю черенками. Но кое-что остроглазый баронет замечает, и глаза его делаются всё шире и шире.

Ухмыляюсь победно. Завесу уже видно, вернее, линию, на которой она стоит. Её обозначает всё более чёткая тёмная полоса, состоящая из умерщвлённых слепней, оводов и комаров. В этом и состояла моя задумка.