— А что мне там делать? По Хендрику я и через десять лет не соскучусь.
Подмигиваю незаметно в ответ на чуть погрустневшие глаза. Тебя, де, не касается.
— Ладно, пойду, — на прощание чуть трогаю девушку за руку, чтобы кучер не видел.
Вот и кончился мой счастливый, но такой короткий отпуск. Папашка, как узнает, немедленно затребует к себе. Чисто из вредности. Так-то я ему ни одно место не упал.
Пойду-ка я вечерком к мадам Сауле, развеюсь. Бесплатно же. А то навёл кое-кто на грешные мысли. Я этого, конечно, активно не хочу, но в «Белой лилии» Паула легко вошла бы в тройку самых дорогостоящих.
Через два дня повозка с тем же экипажем прибывает к замку за час до обеда. Выхожу.
— Вам велено Его сиятельством немедленно прибыть в поместье, — кучер мнёт в руках шляпу, но говорит твёрдо.
С недоумением оглядываюсь вокруг, возвращаю удивлённый взор на кучера.
— На чём?
— Так с нами же, — кучер тоже начинает недоумевать.
— У вас что, совсем крышу сдуло? — интересуюсь вежливо. — Карета где? Вы мне ещё на верёвке за телегой тащиться предложите!
Крестьяне не знают, что такое сарказм, но чувствуют его сердцем. Вон, как Паула краснеет.
— Так в замке есть, — кучер в курсе, всё так.
— Она в ремонте. У второй тоже что-то с колесом, — насчёт колеса я привираю, но вы сначала проверьте. На расстоянии это невозможно.
Впрочем, дело на самотёк не пускаю, прихожу на каретный двор и нахожу, к чему придраться. Так что каретник принимается за дело. Слегка потускневшие металлические элементы декора ездить не мешают. Но ведь понты же! Графья мы или кто?
Гронкс.
Через два дня.
Еду в карете домой. Хотя звучит глупо — замок тоже мой дом. В поместье возвращаюсь вместе с отцом. Его сиятельство меня лично такой чести удостоил. Настроен холодно и неприветливо. Не угнетает ни капли, он со мной всегда такой. Но я всё равно знаю, что он меня любит, гы-гы-гы.
— Деньги, — негромко и равнодушно граф протягивает ко мне руку.
Он сидит напротив и пытается холодным взором просверлить во мне дырку. Время от времени одаряю его радостной улыбкой сына, после долгой и томительной разлуки наконец-то увидевшего любимого папашку.
Внимательно изучаю пустую ладонь графа и поднимаю до крайности изумлённое лицо:
— Где деньги? Ваше сиятельство, я не вижу никаких денег.
Внутри отзывается гомерический хохот предка. Его настолько разобрало, что он свою любимую поговорку о каком-то фашизде закончить не сумел.
Расклад по деньгам у меня по итогу такой:
приход: 100 золотых;
расходы на настоящий момент:
50 з. — банковский вексель. Сейчас спрятан на спине с внутренней стороны камзола;