Кэрол уже тянулась к ним, но я жестом остановил её.

— Никакого спиртного, — сказал я коротко. — Пока не разберёмся с обстановкой.

Кэрол замерла, потом кивнула и отошла.

Эд проследил за этим взглядом. На его лице появилось выражение, которое мне совсем не понравилось.

— Слышь, ты, — сказал он, не меняя позы. — А не пойти ли тебе на хер?

Вокруг повисла тишина. Теодор перестал помешивать в кастрюле. Карли замерла с ножом в руках. Кэрол побелела.

От такого заявления я аж немного охренел. Серьёзно. Просто взял и охренел.

Я повернулся к нему. Медленно. Очень медленно. Посмотрел сверху вниз на этого развалившегося типа.

— Что ты только что сказал? — спросил я спокойно. Даже слишком спокойно. — Надеюсь, мне послышалось.

Эд даже не шелохнулся. Только усмехнулся криво.

— Я сказал — иди на хер, ты тут командовать не будешь. Это моё пиво. Что хочу, то и делаю.

Он перевёл взгляд на жену, и голос его стал жёстким, как старая подошва:

— А ты чё встала, сука? Тащи пиво, я сказал!

Кэрол дёрнулась, уже собираясь наклониться к контейнеру, но я шагнул вперёд и наступил ногой на край ящика. Жёстко. Так, что пластик треснул.

— Никакого пива ему не будет, — сказал я, глядя прямо на Кэрол. Она замерла, не зная, что делать.

Эд вскочил со стула. Подошёл ко мне. Оглядел — лицо разбито, рука сломана, видок у меня ещё тот. Видимо, противника он не увидел. Хотя зря.

Он повернулся к остальным и заорал, размахивая руками:

— Вы чё, серьёзно?! Слушать будете какого-то мутного типа?! Кто он вообще такой, чтобы решать?! У нас в Америке демократия, понятно?! Демо-кра-тия!

Тишина стала такой густой, что её можно было резать ножом. Теодор выронил ложку. Карли замерла с открытым ртом. Даже Марк, который обычно улыбался в любой ситуации, смотрел на Эда как на инопланетянина.

Карли медленно повернулась к Кэрол. Голос её был тихим, но в тишине его услышали все:

— Кэрол... он всегда был таким идиотом? Или это просто на фоне стресса?

Кэрол ничего не ответила. Только вжала голову в плечи и отвернулась, будто хотела провалиться сквозь землю.

Я снова посмотрел на Эда. Он всё ещё стоял, тяжело дыша, и сверлил меня взглядом, полным уверенности в своей правоте.

Я вздохнул.

— Эд, — сказал я устало. — Подойди-ка сюда.

Эд подошёл ко мне вплотную и навис надо мной, пользуясь тем, что я ниже, что рука сломана, что выгляжу не лучшим образом.

— И чё ты... — начал он.

Договорить не успел.

Мой лоб встретился с его переносицей со всей дури, на которую я был способен в таком положении. Хруст прозвучал отчётливо, как переломанная ветка.

Эд взвыл и рухнул на бетон, схватившись за лицо. Кровь брызнула между пальцев.