Я всегда считал, что вижу людей насквозь: опыт, страхи, ложь, мотивы. А тут – девчонка, которую я держу у себя в квартире, которая дрожит от каждого моего слова, – и я даже не понял, что она не знала, что делает.
Боль её Её всхип, когда я вошёл Я услышал это, как будто меня самого ударили.
Сегодня я был хуже, чем должен быть.
Я выдохнул дым так резко, что голова закружилась.
Перед глазами маячила её спина. Дрожащая. Натянутая, как струна.
Её пальцы, вцепившиеся в простыню. Её тихие всхлипы, которые она пыталась проглотить. Её страх – настоящий, хотя она старалась его скрыть.
И я
Который не остановился.
Я привык, что женщины, которые оказываются со мной в постели, точно знают, чего хотят.
Опытные, податливые, готовые на всё.
А Женя
Женя – просто девчонка, которая столько пережила за последние дни, что сама не понимала, куда бежит и от чего.
Я провёл рукой по лицу, будто это могло помочь мне прийти в себя.
Теперь поздно. Женя уже не целка. Обратно ничего не вернуть.
Я поднялся, подошёл к окну и распахнул его. Холодный воздух врезался в грудь, как нож. Стало легче.
Я стоял абсолютно голый, но замёрзнуть не мог. Тело кипело изнутри.
Жертва Жени засела во мне, как осколок стекла.
Не потому, что я был жестоким. Потому что был слепым.
Мне впервые за долгое время захотелось сделать для женщины что-то хорошее.
Не жест доброты, не взятка, не средство успокоить совесть. А просто потому что внутри было ощущение, что я должен.
Хотя сам не понимал: что именно должен.
Я никогда не был романтиком. Ни одной розы в жизни не подарил по доброй воле. Катя не в счёт. Если и дарил подарки, то чтобы закрыть рот, чтобы не слышать претензий, чтобы не чувствовать себя виноватым перед очередной женщиной, которая от меня чего-то хотела.
А сейчас
Сейчас я действительно не понимал, как смягчить то, что произошло. И можно ли вообще?
Я сделал ей больно. Даже если она сказала «да». Даже если тянулась ко мне сама, прижималась, соблазняла. Даже если её тело отзывалось на мои прикосновения.
Она не понимала до конца, что делает, а я должен был понять. Должен был увидеть этот страх, это напряжение в каждом сантиметре её кожи.
Я думал только о том, что хочу её. Что хочу давно. Мучительно, неистово, болезненно.
Теперь это сидело во мне, как заноза.
Мне хотелось чёрт, даже не знаю чего.
Сказать ей что-то тёплое? Она не воспримет.
Купить подарок? Абсурд.
Спросить, как она себя чувствует? Звучит глупо после всего. Слишком неправильно.
Можно ли вообще сделать ей хорошо, после того, что я сделал? Разве есть способ хоть как-то сгладить?