24. Женя
Страница 62 из 126
Настройки чтения
18px
1.8
1

24. Женя

Страница 62

Она лежала там так уверенно, будто моя грудь была её законным местом.

Пиздец...

Я едва не заорала от неожиданности. Сердце ударило так резко и громко, что грудь под его рукой вздрогнула, и я почувствовала, как сосок наливается ещё больше, прижимаясь к его шершавой коже. Стыдливый, острый спазм пронзил низ живота.

Я попыталась чуть приподняться, чтобы выбраться из этого плена, но его пальцы во сне автоматически сжались. Легко, но достаточно, чтобы остановить меня. Он не проснулся, лишь зашевелился, устраиваясь удобнее, и подгрёб меня к себе ближе, прижав спиной к своей широкой груди.

Его колючий пах уткнулся в мою попку, и теперь я точно знала, что Дёмин без трусов.

Я замерла, боясь пошевелиться. Что он вообще тут делает? Почему он не ушёл в свою комнату? Почему он не на работе?

И тогда на меня накатила волной вся ночь. Не как цельная картина, а как обрывки ощущений, ярких и болезненных. Грубость его ладоней на моих бёдрах. Чувство распирания, разрыва, когда он вошёл. Резкая боль, от которой я вскрикнула. Его изумлённое ругательство, прозвучавшее прямо над ухом.

И затем неумолимые, глубокие толчки, которые медленно, против моей воли, превращали чистую боль во что-то смешанное, странное, почти невыносимое по своей интимности. Я почувствовала, как по всему телу разливается жаркий румянец стыда. Щёки горели.

И вместе со стыдом, медленно, как ядовитый пар, поднялось другое чувство. То, которое я больше всего боялась в себе найти и признать.

Не боль – хотя внутри ещё немного саднило. Мои самые интимные мышцы, мои складочки – всё было невероятно чувствительным, припухшим, чужим. Когда я чуть сдвинула ноги, то почувствовала, что между бёдер становится мокро и горячо.

Запах Глеба: смесь его кожи, пота и секса накрыл меня с головой, пропитывая постель и моё сознание.

Я чувствовала лёгкую, назойливую пульсацию там, в самом низу, будто эхо его толчков всё ещё жило во мне.

Медленно, чтобы не разбудить его, повернула голову на подушке и зависла.

Глеб спал так, как спят обычные смертные. Все его привычные дневные маски – жёсткость, контроль, холодность – исчезли. Его лицо было расслабленным. Нахмуренные обычно брови разгладились. Длинные тёмные ресницы лежали на скулах. Губы, обычно сжатые в узкую, жёсткую линию, были мягкими, чуть приоткрытыми.

Я рассматривала его долго. Слишком долго. Пока моё собственное дыхание не стало частым и поверхностным, а грудь не начала заметно подниматься и опускаться под его рукой. Я делала что-то запретное – изучала его, как он изучал меня.

На его щеке виднелась тёмная, колючая щетина. На ключице – тонкий, белёсый шрам, похожий на след от лезвия. На левом плече – нечёткое, давно зажившее пятно, очень похожее на ожог. Этот мужчина носил на себе историю. Историю боли, опасности, риска. О чём он никогда и ни за что не рассказал бы мне.

назадназад
1 ... 60 61 62 63 64 ... 126
впередвперед