— Сколько тебе лет, Шарукан? Если это не бестактный вопрос, — я смотрел в его тёмно-карие, почти чёрные глаза, на по-восточному непроницаемое лицо. По такому и не поймёшь — обиделся или нет. Пока не зарежет.

— Не особо приличным считается, конечно. Много, Странник, много. Когда Заряну с Сергием в озеро опускали — аккурат втрое меньше было, чем сейчас.

Нет, математика — вообще не моё. Рассчитать, сколько надо вагонки, чтобы обшить комнату, или рубероида на крышу, я ещё смогу. Лучше, конечно, с калькулятором на компе, но справлюсь и на бумажке, хоть и значительно дольше. Навскидку удалось примерно определить, что и этому где-то за триста годков. Понятно, почему семья у него большая.

Лина, судя по глазам, тоже пыталась сосчитать. Но она, как оказалось, была филологом и училась на год младше Алисы. Не знаю уж, как брянские, но в моём универе гуманитарии с математикой не дружили вовсе.

— Как думаешь, сколько у нас времени есть? — так всегда с числами. Стоит только начать — и одно тянется за другим.

— Откуда мне знать? — он пожал широченными плечами. — Но на больше недели я бы не рассчитывал. Они правы, нельзя столько лет искать, а потом на финишной прямой развернуться. Чёрные, конечно, терпеть и ждать умеют. Но, думаю, тут случай другой. Странник неопытный, о Хранителе чуть ли не год — ни слуху, ни духу. То, что второй ранг потеряли, наверняка насторожит их. Но разбираться будут, скорее всего, на ходу и где-нибудь в этих краях. Так что с твоей задумкой я согласен полностью.

— А сам что будешь делать? — этот вопрос тоже тревожил, и тоже сильно.

— Жить, — улыбнулся он как-то неожиданно просто. — По миру полетаю, поживу в разных местах понемногу. Может, приживусь где. Может, вам снова понадоблюсь. А может сейчас с квадрокоптера бомба вакуумная свалится, и все наши планы — псу под хвост.

Мы с Энджи одновременно вскинули головы к небу. Прав был Мастер. Слушая истории стариков-разбойников, как-то с трудом получалось совмещать времена былинные и наши сегодняшние реалии. Аненербе пригнало грузовики на следующий день. Да, там ситуация, конечно, была совсем другой. Но сейчас я вообще ничего не знал ни о том, кто враг, ни где он. Значит, им мог оказаться любой, кроме нас, находившихся внутри этого плетня. И ресурсы у противника могли быть любыми. И нас прямо сейчас могли рассматривать на мониторе чёрные внимательные глаза. Это не радовало. И не успокаивало.

Алиса вышла тихонько, присев рядом со мной на низкую завалинку. Заглянула в глаза, но спрашивать ничего не стала. В руках у неё был такой же или тот же самый аптечный пузырёк с трубкой, торчавшей из чёрной пробки. Обед для дедушки.