Глава двадцать четвертая
Страница 50 из 79
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава двадцать четвертая

Страница 50

Я быстро отвернулась к Насте.

Не, ничего я не заметила. Нифига. Я легкомысленная. Я воздушная. Я бабочка. Порхаю.

- Рассказывай, - сказала я Насте. - Кто с кем сидит, кто что взял, где Ленкины колонки.

Настя посмотрела на меня подозрительно, но рассказывать начала.

Я вообще-то не собиралась ехать в эту поездку на базу.

Точнее - раньше собиралась. Ещё как. Я её ждала с сентября, вычёркивала дни. Я даже купальник новый купила, хотя там бассейн так себе, и платье на дискотеку. Потому что база - это три дня. Три дня Мадича рядом. Вечером костёр, ночью кто-нибудь притащит гитару, все разбредутся по углам, и, может быть, может быть… Он решится. Скажет. Сделает хоть что-нибудь.

Ага. Ну, это всё прошлое.

Теперь я ничего от него не жду. Он предатель и гад. Я его заблочила везде, где можно, - в телефоне, в соцсетях, в голове. Всё. Точка. Нет человека.

Он, правда, и не пытался со мной заговорить. Ни разу. Ни одного «Варь, давай поговорим». Про извинения я вообще молчу - какие там извинения. Он ходил мимо меня по коридору с таким лицом, как будто это я перед ним виновата. Как будто это я рассказала кому-то его самое больное.

Хотя ладно. Не смотрел он на меня никак. Вообще не смотрел.

И я не смотрела.

И Насте запретила о нём даже упоминать. Под страхом смерти.

Как его выпустили из полиции - не знаю. Мне неинтересно. Но там, говорят, Стас с ним вместе такое наплели, что весь класс до сих пор ржёт: что это у них были тренировки по боксу. Решили, значит, пару приёмов друг на друге отработать. Прямо в коридоре. Перед раздевалкой. С разбитыми мордами. Штраф им, конечно, влепили за порчу школьного имущества - огнетушитель тот так и не починили, - но на этом всё.

Вот видите. Сама говорю, что не интересуюсь им, а сама всё знаю. Ну а что я сделаю, если об этом вся школа трещит? Уши затыкать?

В школе они со Стасом здороваются, как ни в чём не бывало. В команде своей тоже вроде всё нормально - бегают, кидают, обнимаются после побед. Мальчики. Подрались, помирились, пошли пить колу.

А я перестала ходить на тренировки.

Новицкий обижается, канючит каждый день: «Варь, ну приходи, ну посмотри, как я закидываю». А я не успеваю. У меня курсы. Актёрские. Три раза в неделю. Так что нет, никак, извини, Стасик, искусство требует жертв.

Сонька тем временем развернулась на полную.

Строила из себя обиженку и лезла ко мне на каждой перемене. «Варюш, ну почему ты так со мной? Мы же такие подруги были! Я же правда не хотела, оно само!» Глазки мокрые, губки дрожат. Я проходила мимо, как мимо стенда с расписанием.

Настиных родителей вызвали к директору из-за той пощёчины. Настю заставили извиняться при всех. Она стояла, красная, и бормотала «извини» в пол, а Сонька показательно рыдала, уткнувшись в плечо классной, и всхлипывала так, что слышно было в соседнем кабинете. Мне хотелось встать и запустить в неё стулом. Я не встала. Я смотрела в окно и считала голубей на крыше.

назадназад
1 ... 48 49 50 51 52 ... 79
впередвперед