— Ну что, нет желающих что ли? — недовольно спросила вторая командирша с ярко накрашенными губами и одетая по-комиссарски — в кожаную юбку.
Я сидел уже не в костюме, а джинсах и рубашке с коротким рукавом — успел переодеться, в санатории жарко.
— Толя, Штыба, ты сегодня уже отличился, может, начнёшь? — Света опять выбрала мою кандидатуру!
Да что это такое! Что она прицепилась ко мне? Как что — сразу Штыба. Другие фамилии не запомнила? Вон Гадинова Оля, например, рядом со мной сидит… Гм. Переврут опять фамилию. Или ещё кто. Делать нечего — не кочевряжиться же. Поднимаюсь с места и иду на сцену, не представляя еще, о чем буду говорить. Народ сопровождает меня любопытными взглядами, школьников тут с десяток, не больше. Экспромты у меня всегда хорошо получались, я могу начать фразу, ещё не зная, как она окончится, и получается, обычно, неплохо.
— Это не тот Штыба, который сегодня предложил изменить регламент? — спросил вдруг парень из президиума, вроде как Сергей.
— Да! Это Анатолий заметил неточность в регламенте, ведь секции не одинаковы по численности, и наша — самая малочисленная, и мы сразу были в неравном положении по сравнению, например, с твоей секцией, Сергей, — одновременно выдала меня и подтвердила моё предположение насчёт имени простодырая Светлана.
Зашибись! А мне нужна такая слава? Вон как на меня стали коситься неодобрительно некоторые, те, из других секций, у кого шансы уравнялись. Побьют ещё вечером. Шутка. Руки коротки. А может мне это кажется, и нормально они смотрят? Все улыбаются, но у меня иммунитет из будущего к фальшивым улыбкам.
— Товарищи, спасибо за доверие, я парень простой, ещё без большого жизненного опыта, и мои интересы только формируются. У нас одна из самых больших школ в стране, если не самая большая. Вместе с постоянным составом в ней занимаются сто пятьдесят человек, — вспомнил я информацию от Палыча.
— А у нас — это где? — перебил меня Сергей из президиума.
— Я сам из Ростовской области, однако, учусь в зональной комсомольской школе Красноярска, — доброжелательно, с улыбкой ответил я. Улыбаться я тоже умею.
— Это где медведи? — крикнул кто-то из зала.
— И зоны! — раздалась опять чья-то реплика.
— То-то он как бандит выглядит, лысый, накачанный, наверное, ещё и наколки есть? — раздался любопытный женский голос.
Девушка на первом ряду шепнула соседке не иначе какую-то скабрезность, от чего та прыснула смехом.
Вот я встрял!
— Зааато его инициатива поддержааана единогласно, — с места громко сказала Инара.
— И с математикой у него хорошо, — так же с места сказал Арсен, наш армянин.