— Ты новый дворник? — высунулась женская мордашка из закрытого виноводочного, он с обеда сейчас работает.
— Сосед я ваш, — сказал ей, не отвлекаясь.
— Ааа-а, с хлебного что ли? Грузчик? — не поняла мордашка.
— Вы что-то хотели? — спрашиваю я, не желая ничего пояснять во время махания руками.
— Помогите ящики расставить? — робко спросила молодая девушка, как я сейчас только заметил.
— Отчего не помочь? — захожу я в магазин с черного входа.
— Тёть Иры нет ещё, а сейчас привезут пиво, я бы и сама занесла в магазин, а ставить некуда, вечерний завоз ещё не расставили, — девушка указала на ящики, как попало стоящие везде.
— Тебя как зовут? Я — Анатолий.
— Наташа я, маму заменяю, она приболела, — пояснила девчушка лет двадцати, рыжая и стройная и продрогшая за время разговора со мной на улице. Оглядываю неказистый, уже не сильно чистый халат, натыкаюсь на полное отсутствие груди Наташи, и, вздыхая, начинаю раздеваться. Управились быстро, минут за сорок и вовремя — подъехала машина, а хрен бы она подъехала, если бы я дорогу не расчистил.
— Я с машины ящики сгружу, а дальше таскайте сами, — резко сказал худенький дедок в очках — шофёр орса.
Хмыкаю, и под умоляющий взор Наташи начинаю затаскивать пиво в магазин. Там, между прочим, сорок ящиков, а это — восемьсот бутылок! Таскаю и думаю — подкатить или нет к девушке? Пока таскал и думал, наконец, пришла заведующая магазином — тетя Ира. Странно, вроде другая была летом. Эта какая-то молодая, и с грудью у неё всё в порядке.
— Надо же! Мужа привлекла к работе? — спросила тетя Ира, хотя какая, нахрен, тетя? Иришка!
— Не, он не любит тяжести таскать, дома телик смотрит, — бесхитростно говорит Наташа. — Это грузчик с хлебного, Толя.
Я от возмущения даже ящики расставлять перестал! Это что, у неё сейчас муж дома и ему лень работать, а я вкалываю? Да за бесплатно?
— Ну, хозяйки, я домой, не грузчик я, а сосед напротив. С вас пара бутылок пива! — строго говорю я.
— Погоди, Анатолий, тебя по батюшке Валерьевич? — вдруг спросил тетя Ира.
— Ну да, я напротив живу, — с подозрением глядя на неё, отвечаю я.
— Ой, Наташка, ой насмешила, — смеётся тетя Ира. — Нашла грузчика! Это сын Валеры, он про него рассказывал много.
По тому, как она сказала слово «Валеры», я понял, что папа уже сдружился с этой продавщицей, а может уже и сблизился тесно. Уж с таким придыханием о случайных соседях не говорят.
— Так, что там у нас? Пиво? Выдай ему шесть бутылок, на бой спишем, — распорядилась заведующая. — И Валерочке привет!
Затапливаю баню и думаю — моё это пиво или батино? А хрен с ним, поделим пополам! Вода в бане будет греться в баке минут сорок, а я вдруг по наитию решаю сбегать в барак к учительнице, там тоже, скорее всего, намело. Дубовые дрова горят долго, что печь затухнет, я не боюсь. Похожу к бараку, так и есть! Навалило снега, но люди ходят, по следам видно. Беру лопату за дверью и быстро чищу вход. Внезапно мне почудился голос отца. Не может быть, он на работе же. Иду по коридору и слышу голос отца в комнате Веры Николаевны! Стучусь в дверь и, не дожидаясь разрешения или вопроса «кто?», захожу.