— Может пойдём ко мне? Шумно тут? — шепнул девушке я.
Она была не против, целоваться мы начали ещё в коридоре, потом уже после двух подряд подходов к снаряду, я попытался узнать, чем я это ей понравился, и нет ли у неё каких других целей?
— Главное для меня сейчас — уверенность в себе обрести, очень сильно меня это любовь подкосила. Я вот только сейчас себя почувствовала сильной и независимой. А ты мне нравишься. Да, не красавец, но такое мужественное у тебя лицо, ты сильный и порядочный, как я знаю. Не бойся, я за тобой бегать не буду.
— Тебе бы разъехаться со своей соседкой надо, — советую я, приняв её доводы.
— Пыталась уже, вот с Синицкой хотела договориться, но та — ни в какую, есть ещё пара вариантов, — сказала Света. — Ой, скоро дискотека закончится!
— Спи давай, мой сосед сегодня в другом месте ночует.
Утром мы разошлись, довольные друг другом, а я был пойман в умывальнике Ленкой.
— Вы чего так тихо себя вели? — строго спросила она. — Не понравилась тебе Аюкасова?
— Аюкасова? Она не русская, что ли? Всё нормально у нас с ней, может ещё как-нибудь встретимся, ну уже без твоей помощи, извини.
— Это папа у неё Аюкасов, бритву изобрёл с тремя лезвиями, забыла, как называется. А у мамы есть старшая сестра, замужем за членом ЦК, — информирует Ленка. — Но они мало общаются.
— И как фамилия, случайно не знаешь? — настораживаюсь я.
— Ой, да не помню, это ты заучка, всех знаешь. Горбатый или Горбач, забыла, — Ленка собирается уйти к себе из умывальника.
— Не Горбачёв случаем? — голосом Левитана кричу ей вслед.
— Точно! Он! — Ленкина красивая, но тупая головка появляется на мгновение в двери умывальника.
«Тут и сел старик», — пришла мне в голову мысль.
Я, к сожалению, про семью Горбачева почти ничего не знаю, отец фронтовик был или есть, знаю, ещё жена была, строгая, которая наверняка им командовала. Теперь, как я выяснил, ещё и племяшка есть. Ничё так деваха.
Всё воскресение провел как ушибленный, размышляя о разных планах, как ударить по голове меченного, пока он ещё не генсек. А это уже скоро, месяц-два, примерно, осталось. Потом решаю для себя — не дергаться.
Следующая неделя выдалась очень напряжённой, всё-таки я отстал немного по учёбе, пришлось нагонять, сдавая домашку. Плюс спорт, я трижды был на тренировке и постепенно стал входить в форму. А тут ещё, как назло, зачем-то я потребовался бабуле с отцом, вызвали меня на переговоры на восемь вечера. Немного переживая, иду на переговорный пункт. Жду вызова и, наконец, меня вызывают в кабинку.
— Сынок, привет! Как ты там? — слышу голос отца, вроде как даже и трезвого, что странно как бы — пятница, вечер.