Есть ли у меня за это обида на отца? Нет, только благодарность. Благодаря такому подходу мы выросли без страха, не боясь ни боли, ни крови, ничего.
Мы женщин никогда так не казнили, но ведь никогда и грехов таких не было. Убить предателя, крысу, вора. Это легко.
Убить же девчонку восемнадцати лет. Я не знаю как это будет.
Хочу чтобы уже поскорее, потому что она сидит в моем доме и это мне мешает.
Физически, морально как угодно. Я хочу чтобы Джамханова отплатила долг, мне тогда станет легче, потому что нести дальше этот груз неотомщенности уже больше нет сил.
Я сижу в его комнате. Сначала тихонько, но после не выдерживаю, интерес все же берет свое. Открываю шкаф, там черные и синие костюмы, белые одинаковые рубашки, все выглаженное и идеальное до тошноты.
На комоде несколько дорогущих наручных часов, пепельница, сигареты.
Никаких изображений, вообще ничего. Где фотографии жен, семьи? Гафар умеет любить или только быть мэром?
В ванной нахожу флакончик духов. Это его запах. Осторожно вдыхаю и прикрываю глаза. Тут же кадры, как Гафар наклонился и поднял меня на руки, прижал к себе, он согрел меня.
Осторожно опускаю платье, поворачиваясь спиной к зеркалу.
Сглатываю, смотрю на свое отражение. Там нет ни царапины, спина не тронута, тогда как я была более чем уверена, что Сайдулаев тогда порезал меня ножом. Это было так странно и еще… я тогда-то что ощутила. Что-то новое, необычное и очень-очень сильное.
И это был не страх. Напротив, мне стало жарко, внизу живота появилось томление, я все еще помню его сильные пальцы на своей талии.
Черт. О чем я думаю, почему. Наверное, мозг от нервов совсем перестал работать. Черная Борода убьет меня, какие прикосновения, какие чувства? Проснись Лейла. Он твой палач и ненавидит тебя.
Пользуясь моментом пока я одна, принимаю душ, вымываю волосы пахучим гелем. Нахожу новую зубную щетку, наглею, беру тоже и ее. Может, это мои последние часы, я хочу провести их чистой.
Внизу что-то щелкает и я быстро натягиваю одну из чистых рубашек Гафара. Думаю, это мой палач вернулся, выхожу в спальню, но там никого нет. Довольно скоро глаза начинают слипаться и я засыпаю, скрутившись котенком на кровати, так и не дождавшись его.
– Я не разрешал брать мою одежду.
Распахиваю глаза, быстро побираюсь на кровати. Гафар стоит напротив, возвышается горой.
– А я не просила портить мою ночнушку! И приносить меня сюда и я тоже не просила!
Не знаю, откуда столько смелости, я за день отдохнула, поела и набралась сил.
Вижу как Черная Борода окидывает меня презрительным взглядом, а после ослабляет галстук, снимает пиджак.