Становится тихо, я вижу как Шамиль тянется к ремню, но в этот момент Гафар берет нож и с силой его сжимает рукой.
Воцаряется пауза и я распахиваю губы, смотря в глаза Черной Бороде:
– Не потому, что хотела чтобы отпустил. Просто полюбила. Последнее желание. Ты исполнил его.
Признаюсь, так как понимаю, что мое время закончилось, его больше просто нет.
– Живи, Гафар. Тебе теперь станет легче – шепчу, но он слышит. Только он.
Слезы катятся по щекам, а после Гафар сцепляет зубы, сильнее сжимает рукоятку клинка и схватив меня за волосы, привлекает к себе:
– За Айше.
Цедит глухо и дальше я не понимаю, что случается. Словно поцелуй змеи, мою шею что-то жалит и слишком поздно я понимаю, что только что мне перерезали горло.
Гафар провел острым как бритва лезвием где-то над ключицей. Раз и все.
А дальше он меня отпускает и я падаю в снег. Чувствую, как пульсирует рана, как из меня вытекает кровь и где-то на фоне слышу:
– Казнь совершена! Айше оплачена. Свободны.
Я так и не увидела моря, но небо было синим. Вижу, как Гафар развернулся и ушел следом за отцом и братом. Он с ними, они семья. Он больше даже не посмотрел на меня, просто бросил.
И мне уже не больно. Гафар сделал быстро. Как я и просила.
И вот я в снегу абсолютно голая. Они разворачиваются и садятся в машины, уезжают, а я так и лежу, умирая в луже собственной крови.
Мое горло перерезано. Белый снег быстро становится алым, вот и краски добавились, я на самой верхушке горы как сбитая поездом птица.
Никому не нужная, но все же, мое последнее желание сбылось: палачом стал Черная Борода, как я и хотела. Он казнил меня, он же меня убил.
Ранее
Фарах и Крутой
– Ты спрятал семью, Савелий?
– Да, они в укрытии.
– Кажется, вы доигрались.
– Это все Брандо, сученыш. Я так и знал, что он тогда что-то вытворит! Он нагнал нас нас беду. Чезаре проснулись. Фари был частью огромного клана, а теперь нам всем может быть пиздец.
– А не зря ли мы боимся? Какие риски? Что Чезаре реально могут сделать? Казино отберут?
– Фарах, если мы не договоримся, они отнимут все. Даже твои трусы последние.
– Почему вообще они на нас с тобой ополчились?
– Потому что это связано с моей женой и ее младшей сестрой, а значит, касается уже и нас.
– Ладно, на старшей ты женат, остается младшая. Брандо ведь их семью обвинил в том, что на Фари навели. Не рискуй так. Отдай им младшую и они уже успокоятся! Им все равно надо на ком-то сорвать злость.
– Ага, счас! Разбежался. Ей восемнадцать лет, можешь себе представить, что они сделают с Алисой?
– Честно говоря, представлять не хочется, ну раз уж они тут, надо переговоры устраивать. Я думал, пойдет Гафар.