Не мучиться, не ждать. Я никого не полюбила. Меня никто не полюбил. Смысл моей жизни тогда в чем? К черту.
В ней что-то точно изменилось. Покорность, которой я добивался. Я все же ее получил, вот только результат мне не нравится. Мне не нравится то, как Лейла теперь себя ведет, как показывает, а точнее, не показывает эмоции.
Она закрылась, шелковой просто стала, а мне так не нравится, скучно, не интересно.
Я вдохнул ее запах жасмина, захотел ее, она не сопротивлялась. И вот, казалось бы, то чего я ждал, чего добивался, но на деле нет. Мне она такая не нравится, сложно даже описать.
Поставил – стоит. Посадил – сидит. Как кукла неживая, мертвая.
Ручная, прилежная, послушная ученица. Моя пленница, моя добыча, которой я все никак насладиться не могу и чем больше ее пробую, чем сильнее хочется. Как яд какой-то, сам не знаю что это, никогда так не брало.
А она молчит. Хоть бы поорала, порыдала, ну хоть что-то, нет. Стоит как статуя у стены, подрагивают плечи. Послушная, ну-ну, вижу, какая ты послушная. Нагнул ее, к себе привлек. Дрожит.
Да, пожалуй, страх – это единственная эмоция, которую она от меня не спрятался в свою чертову скорлупу.
Лейла. Она после секса упала на пол. Я думал, что сломал ее, но нет. Терпела, больно было, а мне сказать язык не повернулся. Послушная, мать ее, я такого еще не видел.
Как только из душа вышла, в кресло захотела. Не смотрит на меня, закрылась вся в себе. О чем думает ее светлая голова, я не знаю. Меня это не должно заботить, но в то же время я взгляда от нее оторвать не могу.
– Иди ложись.
Подняла на меня глаза. Встала, легла рядом. Послушная блядь, уже тошнит от этого слова.
Жалею, что в подвале ее тогда держал. Она до того хотя бы боролась, а теперь что. Что сказал, то и делает! Не перечит, вообще ничего! Словно огонек внутри нее, тот протест, что меня так доставал, он потух. И она словно потухла.
– Болит что-то? Лейла…
– Нет.
Прошептала тихо, увидел, что глаза закрыла. И я закрыл, тут же вырубился. Вымотала она меня. Думал, затрахаю до смерти, ей тоже в кайф, но нет. Терпела Лейла. И слова не сказала против.
Почему это так меня цепляет, не знаю. Я уже жду не дождусь ее казни. Это сложнее чем думалось, я не планировал ее так долго видеть рядом с собой.
Утро. Открываю глаза, машинально руку протягиваю чтобы ощутить пустоту.
Поднимаюсь. Лейлы рядом нет. Сбежала снова? Нет. Вон она. Спит на полу под кроватью. Скрутилась калачиком и эти ее босые ноги снова. Холодно без одеяла, но главное, подальше от меня. Умница.
Подхожу к ней, наклоняюсь. Подхватываю на руки, она спит сурком, даже не видит. Легкая, как река порочная, еще легче стала. С таким упором до казни точно не доживет.