Опускаюсь ниже, прогибаюсь, а после чувствую как Гафар пристроился сзади, как быстро вошел.
Он делает это. Входит, таранит меня каменным большим членом. Мне жарко, я полностью раскрыта, обнаженная и мокрая. Я возбудилась, сама того не желая. Распахиваю глаза, из горла вырываются глухие звуки.
Шлепки наших тел, порочный танец страсти в тишине, мое падение. Гафар берет меня, нет, это не больно, но и выключить чувства я тоже не могу Слишком живо, остро, запретно, слишком порочно.
Гафар ритмично двигает бедрами, мой клитор уже настолько растертый, что кажется, еще немного и он просто взорвется, но я молчу. Послушная девочка никогда не попросит остановиться.
Я не прошу его об этом даже когда становится больно, когда я устаю, когда чувствую, что уже не могу просто. Руки дрожат, это слишком сильно. Дышать становится сложнее, между ног уже все горит и только тогда он, наконец, кончает. Обхватывает мои груди руками, до боли сжимает соски и вколачивается в меня зверем.
– Блядь…блядь!
Я чувствую, как запульсировал внутри, как кончил, а после медленно вынул из меня член.
Падаю сразу на бок. Уставшая, мокрая, потерявшая всякий стыд. Нет сил встать, это был долго. И сильно. И даже уже больно в конце.
Включается свет. Гафар уже успел надеть брюки. Подает мне полотенце.
– На.
– Спасибо.
Принимаю душ. Голова как в тумане. Возвращаюсь в кровать. Промежность все также саднит, соски точно обдало пламенем.
Гафар на кровати. Смотрит на меня в упор.
Отвожу взгляд, прохожу мимо него чтобы сесть в кресло, но он ловит меня за руку, не дает уйти.
– Стой.
– Что?
– Больно было?
– В конце да.
– Почему молчала?
– Потому что послушные девочки молчат.
Говорю честно, но Гафар злиться, я прямо вижу, как у него на скулах заиграли желваки.
– Что с тобой? Лейла, тебе плохо?
– Нет, мне хорошо.
– Что хорошо? Почему ты такая стала?!
– Какая такая?
– Такая, блядь, никакая! Тебе не понравилось? В чем дело?
– Мне все понравилось, хозяин.
Говорю тихо и опускаю глаза. Не могу смотреть на него, мне больно, но на это Гафар почему-то злиться еще сильнее.
– Я хотел твоей покороности, а не амебности!
– Извините. Просто хотела бы…
– Чего ты хочешь? Скажи прямо, не надо тут вилять.
Поднимаю глаза. встречаюсь с его строгим взглядом. Мне дали возможность попросить. Конечно, я вопрользуюсь таким шансом.
– Если можно, то я бы хотела, чтобы вы уже казнили меня. Не надо тянуть. Сделайте сейчас. Раз и все.
Говорю прямо как понимаю, как чувствую. Глаза Гафара почему-то еще сильнее темнеют. Кажется, не это он от меня ожидал, но уже поздно Я и правда устала ждать смерти. Пусть уже сделает. Ему станет легче и наверное, я уже и сама этого хочу.