Развернулся обратно к крыльцу. И за мгновение до того, как прогремел выстрел, успел броситься в сторону. В него палили из-за угла дровяного сарая.
Мрак выстрелил сам, но не попал, стрелок успел укрыться.
А в следующее мгновение раздался дикий вопль.
— Нет! Не стреляйте! — с крыльца сбежал Стафка и бросился на шею Мраку, закрывая его собой.
Если бы не Стафка, Мрака, наверное, смяли бы. Он уже понял, что люди, маячащие в отдалении, маячат там не просто так — нападение было спланировано, к нему готовились. А вопль пацана сработал, как стоп-сигнал. Люди ошалело застыли, глядя на то, как Стафка с разбегу запрыгнул Мраку на шею. Цепко, будто древесный ствол, обхватил руками и ногами.
— Он не желает вам зла! Не трогайте его! — Стафка отчаянно зыркал по сторонам.
— Дайте нам уйти, — сказал Мрак. Вскинул пистолет. — Просто — дайте уйти. — Он не сводил глаз с дровницы, но теперь стрелок осторожничал. Не показывался.
— Так ты северянин? — спросил вдруг глава. Он, похоже, был тут единственным, кто не потерял от изумления дар речи.
— Северянин. — Огрызаться Мраку надоело. Пофигу уже. Он вдруг почувствовал, как сильно устал.
— Это ты ранил мальчика?
— Нет, — не отцепляясь от Мрака, выпалил Стафка, — меня ранил Шаман! Он удирал к своим. Я попросил его выслушать, кричал, что мы ничего ему не сделаем. А он выстрелил в меня!
Глава ошалело замолчал. А Мрак прислушивался. Он ждал.
Новый план сложился в голове внезапно, никогда прежде на таком расстоянии Мраку не доводилось это делать. Не знал, сработает или нет.
Он настороженно следил и за дровницей, где затаился и не показывался стрелок, и за людьми, замершими в отдалении — готовый палить в каждого, кто дёрнется. А сам отчаянно прислушивался. И дождался.
Стук копыт. Несколько долгих секунд, в течение которых Стафка продолжал что-то говорить, а люди недоверчиво, обалдело слушать, — и стук стал явственным. Таким, что уже нельзя было не обратить внимание.
— Скачут? — растерянно произнёс кто-то.
— Скачут, — подтвердил Мрак.
Расседланный, оборвавшийся привязь конь влетел во двор. Остановился рядом с Мраком, торжествующе заржал. Едва копытами их со Стафкой не зашиб.
— Залазь, — приказал Стафке Мрак.
Пацан, не задавая вопросов, как будто перед ним каждую ночь появляются расседланные кони, перебрался жеребцу на спину. И вдруг охнул.
— Что? — напрягся Мрак.
— Ничего, — выдавил Стафка, — нормально.
Мрак покосился на него и выматерился от досады. Пацан побледнел, вцепился в гриву коня. Храбриться он может сколько угодно, но долго не продержится, факт. В седле-то тяжело будет, а уж без седла… И отвязаться от пацана не получится, тут уж ясно, что не отстанет.