Всё должно произойти в урочный час. Из расчёта минимумов: поднять эскадрильи затемно, предусматривая прибытие в точку назначения, за вычетом сотни миль сорокаминутного перелёта, непременно по светлому. Только так можно было обеспечить безаварийность. Что, впрочем, не исключало в штабных калькуляциях заранее списать на издержки перебазирования нескольких неизбежных единиц.

Штабисты почти не обманулись в своих «надеждах». Если подъём самолётов прошёл без эксцессов, то уже в воздухе, собираясь по-эскадрильно б группы, недосчитались двух «Уайлдкетов» — по всей вероятности, невзирая на отсрочено разрешённые навигационные огни, истребители столкнулись в темноте, упав воду. И ни одного вскрика в эфире — пилоты погибли молча.

Ангары остались пустыми, палубы голыми. Улетели даже «старые добрые» Fairey «Swordfish», плохо вписывающиеся по скорости к более современным машинам, однако оснащённые радаром класса «воздух-поверхность» (ASV). Это был важный недостающий ресурс.

Квалицированные штурманы squadron-лидеров и привод радиомаяка вывели группы самолётов курсом к обозначенному месту, в точку сбора. Внизу уже ждали, были готовы, слышали гудящие моторы. «Индефатигейбл» и «Формидэбл» развернулись на ветер, набрав полные хода. На момент приёма подлетавших эскадрилий соединение Вайена вдруг оказалось в зоне нахлынувшего тумана, на авианосцах всё же включили подсвечивающие прожекторы… что с уже наступившим рассветом, в общем-то, было бессмысленно.

Сверху, наконец, увидели скрытые под туманной дымкой корабли. Граница ночи и утра в северных широтах и без того создавала особую атмосферу монохромности с отсутствием всякого цвета кроме серого. С эффектом сумеречного зрения контуры смазывались. Для менее опытных пилотов условия на грани нелётных.

Никто из пилотов неопытным себя не считал. Включив посадочные огни, выпустив закрылки, экипажи распределялись для выхода на глиссаду: после «эскортных» — более широкие палубы «тяжёлых ударных», после восемнадцати узлов — полные тридцать, вычетом. Легче, чем…

Один за другим, по разрешающей отмашке, заходили с кормы: касание, стук шасси о палубу, зацеп протянутых поперёк тросов аэрофинишёра.

Уложились в полчаса. За вычетом единственного F4F-4 «Wildcat» (флайт-лейтенант и офицер визуального контроля посадки не поняли друг друга — истребитель рубанулся в транец) сели все. Оба ударных авианосца пополнились необходимым, вновь доведя количество самолётов до штатного соответствия.

В практике британской палубной авиации своих постоянно приписанных флайт-групп за авианосцами не числилось. Основной воинской частью или структурной единицей считалась эскадрилья. Из набора которых в соответствии от задач и формировались подразделения. Эскадрильи могли «перелетать» с корабля на корабль, в том числе базируясь и на берегу, квалификация пилотов и экипажей подразумевала способность действовать с любой взлётной площадки. Из чего видно, что скомплектовать «из подручных средств» полноценный strike-авианосец для англичан было в порядке вещей. Пожалуй, лишь назначенные сроки исполнения в дефиците времени вносили в относительно налаженный процесс по части палубно-ангарной логистики элементы нервозности. Всех прилетевших, садящихся в минимальных интервалах надо было чётко и без пауз принять, спустить в ангар — заправить, вооружить, чтобы затем вновь последовательно выставить наверх на стартовую позицию.