Гошик, кстати, тоже был здесь. Лежал в маленьком коконе из паутины на макушке паука.

Также к бою готовился Хасан с шестью золотыми янычарами, которые скрывали лица под золотыми масками.

— Наконец-то хоть какое-то веселье! — потянулась, как кошка, оперевшись на ящик, Мита.

Дружинник с автоматом позади неё уже в третий раз передёрнул затвор. А потом и четвёртый, не сводя глаз с её сочной попки.

— Наш гарнизон был во дворце, когда Саранча прорвалась, — сказал Билибин, когда я спустился по лестнице. — Мечников с ними. Его силы окажут нам поддержку, но на многое рассчитывать не стоит. Они едва держатся.

— Поможем чем сможем, но помните: у нас своя задача, герцог, — ответил я.

И не кривил душой. Встретиться со старым другом отца, да и своим тоже, было бы здорово. Но когда Саранча атакует дворец, нужно приложить все силы, чтобы спасти ниточку, которая ведёт к окончательной победе над Врагом.

— Господин, — обратился ко мне Никон, смущаясь, — у вас, случайно, не осталось тех кристаллов с молниями? А то у меня, кажется, последний.

— Попробовать это, — протянул ему огненный кристалл Хасан, облачённый в броню песочного цвета.

Никон вопросительно изогнул седую бровь, перечёркнутую тонким шрамом, спрашивая у меня разрешения. Я кивком дал добро, и он подставил широкую и толстую металлическую ладонь. Хасан положил в неё несколько таких кристаллов, и Никон вставил кристаллы в пустые пазы в потайном отсеке на рёбрах слева.

— Хо-хо-хо! — довольно оскалился сотник, выдвинув с внутренней стороны запястья клинок, который тут же загорелся огнём. — А мне даже нравится!

— СТО МЕТРОВ ДО ТОЧКИ СБРОСА! — прохрипел динамик под потолком.

Вскоре загорелся зелёный сигнальный огонь над широкой дверью трюма, и она начала открываться. Едва щель позволила, я протиснулся вперёд и встал на краю площадки. Внизу кипел бой. Саранча сошлась в рукопашной схватке с людьми, свистели и мелькали пули, горел магический огонь, выкашивая врагов, но тварей всё равно было больше. Наш дирижабль тоже присоединился к схватке, стреляя из немногочисленных орудий. Но каждый снаряд, взрываясь над головами врагов, осыпал их шрапнелью.

Любо-дорого посмотреть!

— Я с тобой! — радостно закричала Мита, запрыгивая мне на спину. Обвила ногами мой живот, а руками шею.

— Только чур не кусаться, — буркнул я с притворным недовольством.

— Укушу, только если сам попросишь! — засмеялась мне в ухо инопланетянка. — А вот их всех порешу…

— Мала ты ещё Дубова кусать, — хмыкнула, вставая рядом, Кремницкая. — Да и не кусать его надо…

— Эй, вообще-то, мне миллион лет! Так что кто тут соплячка ещё! — ответила Мита, после чего издала звук «М-м-м!», видимо, показывая язык.