— Есть наши! — обрадовался он, поговорив. — Город занят Саранчой: у них здесь два прорыва, но высокая плотность сил Врага. Наши ещё сопротивляются, удерживают несколько небольших районов вместе с силами османов. Все они перешли под командование Мечникова, поэтому и не отзывались. Высший командный состав погиб, сражаясь.

В этот момент дирижабль выскользнул из тёмных облаков, и внизу показался Стамбул. Улицы города затопила темнота, в небо во множестве мест поднимались куцые струйки чёрного дыма. Дворец, что стоял недалеко от пролива Босфор, был разрушен. На месте одной его трети, с северо-запада, чернел провал.

— Вот как погибнуть цвет османская армия… — содрогаясь всем телом, прошептал Хасан, глядевший в широкие панорамные окна капитанского мостика. — Те, кого ты искать, князь, быть во дворца.

— Значит, мы тоже быть во дворца, — ответил я, поднимаясь с кресла и подходя к окну.

Город выглядел удручающе. Где-то вспыхивали цветные огни и в небо взлетали крохотные светлячки пуль.

Во время полёта я пару раз разговаривал с Хасаном. Как сын султана он знал об этом семействе, которое читало по крови. Обещал показать, если поможем сражаться с Саранчой. А тут, похоже, без этого и так не обойтись.

— Там! — ткнул рукой Хасан.

Дворец султана окружала сплошная стена высотой около двух дюжин метров. В ней двенадцать башен, стоявших на одинаковом друг от друга расстоянии. Будто часы на циферблате. Саранча бы не взяла эту стену, если бы сразу не прокопала свой тоннель под ней. А так на месте башен с девятого по двенадцатый час и находился тот самый провал.

Там, куда показал Хасан, вспухло несколько взрывов и замелькали вспышки магии. Во дворце тоже кто-то ещё сражался. Несколько башен на юге и пара замысловатых османских строений внутри небольшого кольца стен огрызались огнём.

— Если и выжить кто-то из рода Кан, то там, — сказал Хасан.

— Штурман, подведи нас как можно ближе, — обернулся я через плечо к дружиннику за штурвалом.

— Да, господин, — кивнул воин.

— Десантируемся через трюм.

Дирижабль начал спешное снижение. Несколько раз мимо пролетели комки голубой слизи, но наше судно оказалось слишком маленьким, чтобы попасть по нему. А вскоре этого нельзя было сделать из-за высоких дворцовых стен.

Трюм представлял собой большое помещение. Большое для маленького дирижабля. В длину двадцать метров, в ширину пятнадцать, в высоту шесть. Под потолком — металлические переходы и лестница, ведущая вниз.

Пока я переодевался, остальные собрались в трюме. Графиня Вдовина в серых одеждах, напоминающих кимоно, Мита в облегающем сером комбинезоне, Кремницкая и Билибин в чёрной форме канцелярии, Никон в своём древнем шагающем доспехе с несколькими дружинникам в броне — на груди у них был крупно нарисован герб в виде зелёного дуба. Ну и Альфачик с Гошей, сытые, отдохнувшие и готовые убивать Саранчу. От нетерпения Лютоволк когтями скрёб металлическую сетку над каналом с кабелями. Ему не давало покоя, что в прошлом сражении Гоша своей паутиной спас больше людей и убил больше врагов.