Я подошёл к тому, на который указал Геракл, и присмотрелся внимательнее. Мужчина лежал лицом вниз, и сначала казалось, что он мёртв. Но я заметил, как чуть заметно дёрнулось его плечо — от напряжения, а не от агонии.

— Я бы сказал, что здесь кто-то побывал совсем недавно, — сказал я, опускаясь рядом на корточки.

Геракл взглянул на меня, и в его глазах мелькнула та же мысль.

Я выхватил копьё и одним резким движением вонзил его в спину «трупа». И тут же закричал:

— Ловушка!

Тело дёрнулось, и вместе с кровью из раны потекла густая зелёная жижа, которая закапала на землю. И эта штука была похожа на грим. Они были в гриме, что меня сильно удивило. И чтобы убедиться наверняка, я рукой потёр кожу уже мёртвого «трупа», и зелёная краска начала сползать с его кожи. Я перевёл взгляд на другие тела. Кое-где краска потекла или стёрлась, обнажая живую кожу. И если не вглядываться, можно было и не заметить, что это простые люди в гриме. А так — очень даже грамотный психологический ход. Ибо вряд ли кто-то будет вглядываться во врагов при бое. А из-за их неестественного цвета кожи, похожего на цвет кожи мертвецов, солдаты могут и испугаться.

— Все в круг! Защищайте царя! — рявкнул Геракл, поднимая щит и закрывая собой Котиса.

И в этот момент земля, можно сказать, взорвалась. Из ям, замаскированных под обычные канавы, начали вылезать люди. Десятки, сотни. Они поднимались из-под земли, как мертвецы из могил, и их глаза горели диким огнём. Из леса тоже стали выходить толпы — вооружённые, но без доспехов. Болотники, как я их про себя назвал. И должен сказать, этот психологический ход был куда эффективней. Ибо если не всматриваться, то со стороны кажется, что воины буквально из-под земли выходят. А на самом деле, хоть они и выходили из-под земли, но это были всё же хитро замаскированные ямы, которых со стороны было не видно, и казалось, что там ровная поверхность. А некоторые умники снимали с себя что-то типа маскировочного халата, которыми пользовались снайперы в XXI веке. Правда, эти сделаны из травы и разных растений, хитро переплетённых друг с другом.

— Стена! Стройся в квадрат! — продолжал командовать Геракл. — Иолай, в центр! Следи за царём!

Я оглянулся на Котиса. Он стоял, бледный, как полотно, но не дрожал. За месяцы войны он научился держать лицо.

— Ахилл, ты куда?! — крикнула мне в спину Аталанта, когда я сорвался с места.

Она, похоже, хотела добавить что-то ещё мне в след, но я уже перестал её слышать. Я летел вперёд, к врагам, с дикой ухмылкой врезаясь в толпу врагов, как скала — в волну. Ну или волны в скалу.