Аркан осмотрелся.

— Что это? — поинтересовался он, вздёрнув бровь.

— Усадьба Бурдок, ваше высочество! — с каменным лицом пояснил герольд. — Можете размещаться здесь.

Рем обвёл взглядом развалины трёхэтажного монументального здания, заросшие терновником, плющом и вьюнками, обширную территорию вокруг, похожую на кусок дикого леса посреди имперской столицы. Вековые деревья, неопрятная чащоба кустарника, бурелом и руины… Здесь ранее явно располагался парк и сад, и какие-то флигели, и хозяйственные постройки. В целом весь Бурдок представлял собой место заброшенное и, похоже, хранящее какую-то нехорошую тайну.

Ортодоксы зароптали, но Аркан оглянулся на них — и воины притихли, раздумывая над хитрым выражением глаз своего сеньора.

— Мы можем здесь расположиться и устроиться по своему собственному разумению? — спросил Рем.

— О да! Эта усадьба в вашем полном распоряжении до тех самых пор, пока имперские выборы не закончатся! — самодовольно провозгласил герольд.

Штадлер и его присные, наверное, думали, что здорово унизили молодого аскеронского герцога. Что он будет делать со своими пятью сотнями людей на этом забытом Богом и людьми пустыре? Ему наверняка придётся вывести своих воинов за город, а самому устроиться в гостинице… Формально они ничего не нарушили, для каждого из принцепс электор полагался особняк на Благородной стороне — и этот пункт Уложения о выборах был выполнен!

Аркан же квартирмейстерской своей душой уже предполагал значительные выгоды от такого просчёта городских властей.

— И документ у вас на этот счёт имеется? Что оная усадьба Бурдок передаётся в пользование Тиберия Аркана Буревестника, герцога Аскеронского, и он может в ней разместить своих людей и устроиться так, как считает нужным?

— Э-э-э-э… — замялся герольд.

— Бумаги нет⁈ Тогда рысью — в ратушу, к коннетаблю, мэру, церемониймейстеру или хоть к самому дьяволу, но чтобы через полчаса у меня была официальная бумага, или, видит Бог, я размещу своих людей прямо на рыночной площади!!! — раненым буйволом взревел Аркан, и герольда как ветром сдуло, только искры полетели из-под копыт его лошади, выбитые стальными подковами из каменной мостовой.

— Гавор! — Рем подозвал к себе Коробейника. — Немедленно — на Ремесленную сторону. Мне нужны строительные инструменты, продовольствие, скобяные изделия… И топоры. Пилы и топоры! Денег где взять — знаешь, к кому обратиться — тоже… Как только этот олух в пурпурной котте привезёт мне бумагу из ратуши — мы примемся за дело.

— За дело, Командор? — Глава аркановской тайной службы не мог понять замысла своего господина.