Хмурюсь слегка, задумчиво разглядывая узоры на стекле. Они ненастоящие, конечно же. Как и все здесь. Созданы на благо «настроению» — красиво, но искусственно, как все улыбки и отношения. На самом деле, в этом зале ничего, кроме ненависти и зависти, нет, и меня это душит. А ее наоборот влечет.

Смотрю на свою супругу снова, молчаливой, грузной тенью стоя за ее спиной. Интересно, она действительно не замечает, что я здесь задыхаюсь? Или ей просто плевать?

— …А ты видела? Он пришел!

— Не-е-ет! — ошарашенно вздыхает Анна, глядя на свою подружку — светскую львицу.

Ее блондинистые волосы, наверно, могут светиться в темноте, и ее можно использовать вместо елки, если вдруг свет вырубит. Ольга. Одна из противнейших девиц, которых только видел мир. Выскочила замуж за крупного ресторатора и с каждым годом становится только гаже в характере, уже в талии и натянутей в лице. Ее попытки удержать своего мужчину кажутся мне совершенно бестолковыми, и почему женщины не понимают? Внешность — это, конечно, хорошо, но гораздо важнее то, что есть внутри.

Да, я понимаю, как это звучит. Возможно, в этом зале никто не думает также, как я, особенно если судить по количеству перевернутых на лопатки моделей, но если смотреть на адюльтер под другим углом…

Черт, я теперь на него так и смотрю. Ведь окунувшись в такие отношения, я понимаю то, что раньше мне претило.

Почему мужчины изменяют? Когда-то я считал, что все дело в кобелизме, как части нашего ДНК? Поэтому держал себя в строгих рамках, ведь так хотел быть похожим на отца, который никогда! Ни при каких обстоятельствах! Не предал бы маму. Но это не так просто, как оказалось, при этом проще, чем когда-либо казалось. Вот такая тавтология. По итогу, рабочая, ведь за отношения с Даной с совестью я сражался лишь первые несколько раз, когда я прижимал ее к себе посильнее, а потом прошло. Все прошло, кроме ощущения чего-то горячего в районе сердца...

Черт, Дана…

Я прикрываю глаза и стараюсь отделаться от ощущения, что она где-то рядом. Ее нет. Я знаю, что малышка моя улетела к родителям. Узнал еще раньше, чем мне недовольно сообщила Анна за завтраком. Она хотела позвать ее на эту вечеринку, и да, я бы не допустил такого, конечно, чтобы не ранить мою девочку лишний раз, но… как бы мне хотелось при этом, чтобы она была здесь.

Твою мать. Ты что несешь?

Слегка мотаю головой, чтобы избавиться от этих отравляющих мыслей, от которых не могу сбежать даже во сне. Я вижу ее каждый раз, когда закрываю глаза, и, твою мать, мои руки скучают по ней. А душа просто воет!