Марат смеется и кивает. Его глаза горят, как никогда не горели рядом с Анной. Я не соврала ему, когда сказала, что верю, но в любой вере есть свои темные места. Так вот. Этот свет ее рассеивают, и я знаю: все будет хорошо.
У нас все будет хорошо.
Так как из нас двоих — я не умею кататься на сноуборде, в чем по итогу призналась, глядя на доски с опаской, мы с Маратом решили пойти кататься на коньках. Он умеет кататься и на них тоже, ага. Вообще все, что касается спорта — его тема, так что то, что я нарисовала себе в воображении, а именно: как мило я буду держать его за руки и учить, возможно, даже толкать в спину и просто катить — не сбылось.
Марат на коньках держится даже лучше, чем я! Наворачивает круги вокруг меня, улыбается по-озорному, прикусив нижнюю губу, и так бесит! Единственное, что его спасает — выглядит он до боли очаровательно! Я просто не могу злиться даже притворно, вместо этого громко смеюсь и пытаюсь его догнать. В какой-то момент переоценив свои возможности, газую слишком сильно, не удерживаю равновесия и неминуемо валюсь в сторону, неловко махая руками. Черт, может быть, мне по судьбе себе нос расквасить? Но нет. Мне по судьбе быть пойманной...
Как в кино, Марат оказывается рядом, подхватывает меня, наклонив к земле, а я смотрю на него… широко распахнув глаза.
— Господи… я думала, что разобью себе лицо… — выдыхаю тихо, он усмехается.
— Ты очень стараешься это сделать, но, извини, не в мою смену.
Из груди рвется смешок, а еще ее заполняет теплота. Пока он рядом — мне ничего не страшно, и такие мысли греют.
Я касаюсь нежно его щеки, а краем глаза замечаю, как на нас смотрят со стороны. И улыбаются…
Да, мы очень красивая пара, я знаю.
— На нас все смотрят. Может быть, вернешь меня в вертикальное положение?
— А может быть, я сделаю так?
Он приближается, нежно поглаживая меня по щеке, а потом целует. Я смеюсь, но, конечно, отвечаю ему. Потом краснею. Чувствую, как нас все больше замечают, и да, это приятно, но все равно — неловко. Я не очень люблю быть в центре внимания, и Марат это знает, поэтому еще через мгновение он отстраняется, берет меня за руку, и мы едем дальше.
Так он дает мне то, чего я и не смела попросить: признание наших отношений, пусть и не в родном городе, а там, где нас никто не знает. Это неважно сейчас. Я впервые целовала его в общественном месте! И вот что для меня действительно важно. К тому же, я ему обещала: я верю, что это был не последний, похожий поцелуй.
И это приятно.
Мы как будто вернулись в начало. И пусть с какой-то стороны оно все еще неправильное, но оно гораздо лучше того, что было раньше.