Хотя кому я вру? В том доме от меня в принципе мало чего было. Одно лишь название «дом», без внутренней подоплеки — это просто четыре угла и крыша над головой.
— Марат?
Дана снова зовет меня тихо, я пару раз моргаю и опускаю на нее глаза.
— В общем… он совершил много ошибок в то время, но он уже не тот человек. Судьба его наказала…
— Как?
Слегка касаюсь ее губ.
— Он потерял единственную женщину, которую любил. А теперь спать.
Со смешком подталкиваю ее к постели, но Дана не спешит уходить. Спрашивает тихо…
— Ты же останешься со мной?
— Да, я останусь с тобой.
Потому что мне нужна сила, чтобы пережить нашу разлуку, девочка моя…
Когда я улетал, Дана поехала меня провожать. Я не хотел. Напрягать ее, вытаскивать рано утром из дома. Зачем? В этом, как мне казалось, совершенно не было никакой необходимости. Я давно привык сам летать, сам прилетать. Меня не нужно провожать или встречать.
Но, черт, как же я ошибался…
Оказывается, это очень приятно, когда перед вылетом тебя кто-то крепко обнимает, не отпуская ни на секунду. И когда шепчет на ухо: пожалуйста, возвращайся быстрее. Я уже очень скучаю…
А главное. Ты веришь в эти слова, ведь они — не просто реплика в сценарии, они настоящие.
Ты чувствуешь запах. Ее запах на твоей одежде, который обнимает тебя мягко за плечи. И пусть ее рядом нет, он напоминает тебе, что есть место, где ты нужен. И где тебя ждут.
Как маньяк, я этим упиваюсь, ненароком утыкаясь носом в свое пальто, которое хранит ее запах.
Твою мать, я так по тебе скучаю…
Так хочется бросить все, вернуться, но мой самолет приземляется в Питере, а сам город встречает меня солнцем. Холодно просто дико! Мороз щипает за нос, руки леденеют, но на душе мне хорошо, и я не расстраиваюсь. Кажется, впервые смотрю на город, что так прекрасен, и вижу этот город. Я уже давно забыл, что это такое…
Обычные, человеческие радости. Ехать в обычном такси до точки назначения, слушать ненавязчивую музыку по радио и радоваться каждому дню.
Вот что делает с человеком ощущение, будто он действительно где-то нужен.
Квартира встречает меня привычным запахом цветов и ароматом парфюма Анны. Он стал мне совсем далеким и чужим, как и эта квартира. Если раньше оставалось что-то призрачное, то теперь стерлось все, и я будто пришел в гости. Стою на пороге, хмурюсь. Привычно было бы раздеться, пройти вглубь, найти жену, а может быть, сразу пойти в кабинет? Но я не решаюсь и шага сделать. Не потому, что напуган, конечно, а потому, что нельзя ходить по чужом дому, как по-своему… меня так воспитали.
Наконец, Анна выплывает при полном параде из гостиной. Я знаю, что она давно уже в курсе, что я приехал. Возможно, она знала еще с того момента, как я подходил к подъезду, потому что она не выглядит удивленной. Да и вообще никакой…