Ну лети, мотылек. Иногда полезло опалить свои крылышки…

— Ты вчера кое-что сказала. Догадываешься, о чем я?

Коротко мотает головой.

Второй рукой я провожу по ее подбородку. Красивая… ты очень красивая.

И эти губы.

Не могу противостоять желанию провести по ним большим пальцем, делаю это. Наблюдаю.

Дана вздрагивает.

Не понимаю, она боится или нет? Больше да, скорее всего, хотя глаза ее горят.

Ты боишься и хочешь? Интересно…

— Ты сказала, что сделаешь все, что я хочу. Это так?

Отгибаю нижнюю губу, посильнее на нее надавив.

— Отвечай.

Дана судорожно кивает.

Серьезно?

Возвращаюсь к ее глазам и выгибаю брови.

— Так уж все?

— Да…

— Ну, смотри. Ты сама это сказала…

Я уже не могу удержаться и буквально вгрызаюсь в ее губы. Потому что хочу так. И напугать, и так. Мне до безумия хочется ее получить, и это пиздец. Кто кого учит? Уже неважно. Я потом буду убеждать себя, что делаю это, чтобы она думала, что творит, но это будет потом.

Здесь и сейчас — я хочу ее, и это дико бесит.

Кусаю ее губы посильнее, выбивая из груди тихий стон.

От него у меня глаза закатываются, а когда она льнет ближе — это выстрел прямо в упор.

Какого черта ты делаешь?! Еще и отвечать пытается! Мелкая сучка.

Заноза.

В моем мозгу.

Рычу. Прижимаю ее обратно к гарнитуре, а потом укладываю руки на ягодицы и сильно их сжимаю. Это такое облегчение! Черт! Я так этого хотел…

В момент, когда такая девушка обращает на тебя внимание, ты всегда чувствуешь одно — будто нет никого круче тебя. Император мира по меньшей мере! И это здорово опьяняет.

А я итак пьян.

Она сделает все, что ты хочешь. Она сделает все. Все. Все. Что ты хочешь.

Мои демоны в голове шепчут-шепчут-шепчут. Дана в моих руках тает. И это сносит крышу.

— Говоришь, все? Еще раз! Я не слышу!

— Да…

— Тогда вставай на колени, Дана. Ты же этого хотела.

Отстраняюсь и даю ей право выбора. Не знаю, чего хочу больше: пощечины или исполнения приказа. А это был именно приказ. Холодный и циничный. Чтобы ее напугать.

Ну же. Пугайся ты уже, чтоб тебя!

Дана пытается отдышаться, смотрит на меня.

— Ну? Долго ждать? — ухмыляюсь через силу, — Я хочу, чтобы ты мне отсосала. Это входит во «все».

Бойся-бойся-бойся! Беги! Сука! Давай же!

Но она делает шаг не от меня, а ко мне — и я окончательно схожу с ума. Смотрю, как она мнется, смотрит на мою ширинку, потом медленно поднимает на меня глаза и шепчет.

— Я хочу… не так.

— А как ты хочешь?

— Не знаю, но… не так. У меня все в первый раз будет. И… я… можно не так?

Психую.

За что ее ненавижу больше в эту самую секунду — хер его знает. За то, что почти согласилась? И согласится, если я надавлю? За то, что сказала, что она девственница? Во всем? И тем самым стала еще интересней, как добыча? Или за то, что я не ее наказываю, а себя больше, потому что член у меня аж ноет от боли?