Она добилась своего и выставила опять посмешищем. Когда он упал на колено, она видела, как брезгливо и ехидно смотрели на него окружающие. В тот миг она чувствовала ликование — ее месть удалась. Но сейчас, ворочаясь на постели, Оленька не могла уснуть. Совесть отчетливо твердила ей, что она поступила подло, как последняя дрянь, вызвав немощного человека на танец, а после поглумившись над ним. Конечно, она не собиралась просить у Кирилла прощения, он сам был во всем виноват. Не следовало так беззаветно и безумно любить кого бы то ни было. Однако она чувствовала, что ее настигнет расплата свыше за ее поступки, и именно это и мучило ее, не давая спокойно уснуть.

Со стороны распахнутого на веранду окна послышался некий странный звук. Оля медленно обернулась, всматриваясь в портьеру и в пустой оконный проем. Хотя ее спальня располагалась на первом этаже дома, но все же располагалась довольно высоко от земли, и забраться на веранду было не так просто. Потому, окинув взглядом едва освещенную лунным светом комнату и не увидев ничего подозрительного, девушка сонно зевнула и повернулась на другой бок, спиной к окнам.

Прикрыв глаза, она какое-то время усилием воли заставляла себя уснуть, пока отчетливо не услышала вновь шорох, но уже очень близко. Ольга медленно повернулась на другой бок и нехотя открыла глаза. И тут же вздрогнула всем телом, ее охватил жуткий испуг.

Около кровати, всего в шаге от нее, стоял мужчина. Безмолвный, неподвижный.

Он показался ей знакомым. Оленька похолодела, узнав в пришлом Кирилла Измайлова.

Он стоял над нею, возвышаясь своей мощной недвижимой фигурой в темном мундире, его глаза угрожающе блестели, а лицо было едва различимо во мраке. Она явственно считала опасную энергию, исходившую от него.

Громкий возглас она тут же подавила в себе, понимая, что если закричит, то в ее комнату сбегутся слуги.

Опешив от его внезапного появления в спальне, она приподнялась на руках и тихо выпалила в неистовстве:

— Господи, что вы здесь дела…

Ее речь прервалась неумолимой жесткой ладонью, которая закрыла ей рот, когда он стремительно склонился над нею. В следующую секунду Кирилл бесцеремонно стиснул девушку в своих руках и вытащил из постели. От неожиданности Оленька глухо вскрикнула, но Измайлов уже припечатал ее к своей груди и впился яростным поцелуем в губы. Не давая ей даже пошевелиться, молодой человек насильно терзал ее рот, грубо и властно, удерживая затылок и талию девушки в капкане сильных рук.

Она же, придя в себя от первого шока, начала неистово сопротивляться, пытаясь встать, но не доставала ногами пола, неумолимо прижатая к мужской груди. Он опустил ее на пол только спустя некоторое время, когда, утолив первый свой чувственный голод, выпустил из плена ее губы и чуть ослабил хватку. Оля наконец смогла свободно дышать и тут же начала сопротивляться, пытаясь вырваться.