— Вы что, спятили⁈ Ваза-то тут при чем⁈ — процедил он.

— В следующий раз я разобью ее о вашу голову! — воскликнула в бешенстве она.

— Мне наскучил этот глупый разговор, — заметил он и вновь хотел взять газету, как она воскликнула:

— Конечно, Евгении Ивановне вы дарите лошадей, гуляете с ней по Летнему саду, а меня не удостаиваете даже беседы!

— Я не понимаю вас, — опешил Измайлов, испепеляя ее темным взором. — Не вы ли год назад заявили мне, чтобы я держал свои желания при себе? Я лишь исполняю ваше пожелание. Чего же вы теперь от меня хотите?

— Я хочу, чтобы вы не позорили меня перед всеми эти злыми дамочками, которые так и жаждут посмеяться надо мной.

— Вы первая себя опозорили, сударыня своим развязным поведением.

— Этого не было! — воскликнула она.

— Отчего же тогда вчера на балу у графа Орлова Роман Разумовский прямо в биллиардной зале пытался вызвать меня на дуэль? — глухо произнес Измайлов. — Заявив, что вы его тайная возлюбленная, и я мешаю вашей любви!

— О Боже! — воскликнула Оленька, ужаснувшись.

Она поняла, что разговор наедине неделю назад с Романом ни к чему не привел. Хотя она битый час объясняла этому навязчивому молодому повесе, что совсем не любит его и требует от него перестать преследовать ее. Однако Разумовский оказался на редкость упертым и, как и угрожал ей, начал открыто проявлять свои чувства на людях.

— Пришлось ему пригрозить, что я убью его даже с сорока шагов, ибо очень хорошо стреляю, — добавил Кирилл уже тише. — Повезло, что, кроме нас двоих, более никого в биллиардной не было. Вроде бы он отступился от затеи дуэли.

— Он преследует меня более года. Я хотела вам признаться во всем! — пролепетала она, оправдываясь. — Но опасалась вашего гнева. Я пыталась убедить его, что равнодушна к нему, и не раз говорила, чтобы он перестал надоедать мне.

— Что-то не сильно его остудили ваши беседы, скорее наоборот, — заметил Кирилл, как-то странно смотря на нее.

— Вы не верите, что я пыталась отстранить его от себя?

— Не верю, — заметил он искреннее.

— Значит, я лгунья, по-вашему?

— Вы забыли еще, что вы ветреная женщина, которая только и жаждет поклонения мужчин.

— Ах, значит, такого вы обо мне мнения⁈ Прекрасно! — взорвалась Ольга и с угрозой добавила: — Вы еще узнаете, что значит ветреная развязная женщина! Я вам еще покажу, на что способна! — последние слова она истерично крикнула ему в лицо и, подхватив юбки, словно вихрь вылетела из гостиной, стуча каблучками.

Он хотел окликнуть ее, но сдержал порыв. Кирилл замер, напряженно прислушиваясь к ее быстрым легким шагам, и, лишь когда ее шаги раздались на лестнице, матерно выругался. Нервный тик напряг его лицо после этого неприятного разговора, и он невольно потянулся за газетой, что лежала рядом. Пытаясь успокоиться и не поддаваться чувствам, он вновь развернул газету и уставился на напечатанные черные строчки. Однако осознание ее последних слов-угроз вызвало в нем дикое раздражение, и он в бешенстве скомкал газету в руках.