Значит, предыдущие фантомы, кто оказывался на моем месте, отказывались…
И становится больно на душе.
— Передашь мне магию, и я выдам тебе документы о переводе. Как только ты уедешь отсюда, я расторгну привязку твоей жизни ко мне. Могу принести клятву, если боишься, что обману.
Ректор Грасс приносит клятву. Протягивает мне документы о переводе, показывая, что он держит слово. Свобода так соблазнительно маячит… Но он точно не оставит меня в этой академии. А значит, выбора у меня нет.
Передав магию Кайна ректору, я, взяв документы, выхожу из главного корпуса академии к воротам. Странная горечь и тяжесть разливаются в груди. Мысли давят свинцом о собственном предательстве.
Стою у кованых ворот, сжимая в руке документы о переводе. Вот и всё. Теперь я свободна.
И моя свобода, что маячит по прибытии в дальнюю академию империи, как-то ощущается безрадостно. Что, если я не найду способа связаться с Кайном? Что, если он не найдет меня или… Погибнет?
И я ненавижу это беспомощное чувство бессилия и невозможности всё изменить. Я предательница для него.
Мы оба недостойны друг друга и этой Истинности. Но у моего предательства нет иного выбора. Я не могу рассказать ничего по-прежнему, пока на мне привязка и обет молчания.
Делаю шаг назад и краем зрения замечаю экипаж имперской гвардии. Вновь те двое Чтецов, ищущих фантомов, с проверкой. А у меня пустой магический резерв, метка Истинности, документы о переводе и клятва Норэла Грасса о снятии привязки после моего отъезда.
Ну просто отличное завершение дня!
— Да чтоб вас всех бездново пекло сожрало, — усмехаюсь я, прикрывая глаза, и утыкаюсь лбом в холодную сталь высокого забора.
Глава 29
Кайн
— Сбегаешь? — Не спеша подхожу к кованым воротам, возле которых стоит Айра. За ними — гвардейский магбиль.
Прибыли без задержек… Спасибо, дядя.
— Не собираюсь я бежать, Кайн, — упрямо произносит Айра, оборачивается и с вызовом смотрит на меня.
— Идём. — Крепко хватаю ее за локоть. Стараюсь давить не сильно, чтобы не делать ей больно.
— Куда? — не понимает Айра, изгибая изящные брови.
Даже не сопротивляется, словно показывает степень своего доверия. И от этого ещё паршивее становится.
— Веду тебя навстречу твоей судьбе, малышка, — холодно произношу в ответ.
Знала бы Айра, чего мне стоит этот лёд в голосе.
Подзываю взглядом вышедшего навстречу гвардейца. Магические ворота распахиваются перед ним, выпуская и нас с Айрой.
— Ты просто… Монстр, — устало произносит Айра. — Знаешь, я даже ненадолго поверила, что ты лучше, чем хочешь казаться.
— Монстром меня сделали. — Поворачиваюсь к Айре. — Меня заставили смотреть, как мой собственный отец — наставник, друг и самый близкий человек — горит в пламени проклятья на казни. Но знаешь, что было самым сложным? Бездействовать. Не отводить взгляд. Потому что прояви я слабость — и горел бы вместе с ним. Они этого ждали. Знаешь, как воняло горящей плотью? Знаешь, что мой отец не издал ни звука, гордо принимая казнь⁈