— Что будешь делать? — оскаливаюсь. Даю ей право выбора.
Опираясь ладонью о стену, нависаю над Айрой. Моя тень держит тень первокурсницы, чтобы жертва не сбежала.
Айра слишком близко. Слух дракона улавливает каждый ее тихий вдох и каждый выдох.
И это ее горячее дыхание начинает сводить с ума. Горячее, тяжёлое, будто она долго бежала. Могу поклясться, если прислушаюсь, то услышу стук ее сердца.
Вновь ее судорожный вдох, похожий на всхлип. Боится. Какого хрена ты боишься так сильно? Я же здесь. Я с тобой.
Сам охреневаю от того, что я сейчас испытываю рядом с ней.
«Брат, полегче с тягой защитить. Она враг», — мысленно торможу дракона.
«Она наша. Должна быть нашей. Защити ее», — рычит Ашхарс вновь.
«Перестань дышать, Айра», — мысленно раздражаюсь я.
Твое дыхание слишком обжигающее, слишком влажное. Его хочется поймать пальцами, губами, втянуть в себя, вобрать в себя полностью…
Большим пальцем свободной руки провожу по ее пухлым алым губам без вульгарного блеска. Неосознанно. Взгляд — растерянный, протестующий — теперь направлен на меня. Не шевелится, лишь смотрит своими оливковыми глазами.
Кажется, что вот-вот она сдастся, приоткроет свой дерзкий рот и мой палец мягко скользнет внутрь, ощущая обжигающее пламя ее дерзкого языка. Она обхватит плотным кольцом пухлых губ и…
«Тормози, Кайн, — рычу сам на себя мысленно. — Это уже хреново».
Сам не понимаю, почему я это испытываю с тем, кого привык ненавидеть и презирать.
Надо срочно что-то сделать с этим чувством к этой девчонке!
Гвардейцы уже появились в конце коридора. Адепты разбегаются в стороны, вжимаются в стены. Точно так же, как и при моем с Шайном появлении. Занятно…
Двадцать секунд до их появления здесь. До того, как они «прочитают Айру».
— Ладно, — выдыхает Айра, нервно протягивая руку к первогодке.
Айра понимает, что выбора у нее просто нет. Они увидят ее пустой резерв. И заберут ее с собой, туда, где ликвидируют таких, как она, недомагов. Она готова рискнуть. Чтобы я подал «псам» ее на блюдечке, с красивым доказательством того, кем она является.
Сейчас она потянет магию и «псы» ее почуют…
Оскаливаюсь, ощущая чудовищное облегчение оттого, что я вновь мерзким способом достаю свои же арестованные деньги.
А значит, я вновь выторговал у судьбы ещё несколько недель жизни матери.
Глава 17
Утробный рык дракона, наполненный яростью от бессилия, вынуждает меня сжать челюсти. Так рычать может лишь смертельно раненный и обречённый зверь.
А тонкие, изящные пальцы Айры касаются шеи первогодки, удерживаемой моей тенью. Лишь на мгновение ее пальцы замирают. Недомагичка просто смотрит на меня не моргая. Ее страх выдают расширившиеся зрачки…