Он всегда понимает мое настроение, понимает и вытаскивает из моих мыслей. Мы с ним оба застряли в этой дыре. В самой паршивой и закрытой академии Альварос. Паршивая она оттого, что здесь учатся золотые сынки и дочурки золотых, огненных и ледяных драконорожденных. И каждый день их унылые рожи видеть — хуже всякого наказания.
Здесь на третьем курсе и мой кузен — Шайн Блэквуд. Вот кому приходится даже хуже, чем мне. Его отца казнили прилюдно на главной площади столицы. Мой же горел в пламени проклятья всего лишь под прицелом моих собственных глаз.
— Кайн, тебя так приютская завела? — играет бровями Чейз.
«Не говори ему», — угрожающе рычит дракон в моей голове. И его звериное желание утаить важную информацию от близкого друга передается и мне.
— Заткнись, Чейз, — лениво огрызаюсь, стягивая с себя рубашку.
Больше всего я мечтаю найти того Фантома, который воткнул отцу нож в спину. Притворялся много лет другом семьи. А после… Украл его силу и использовал ее против моей фамилии. Подставил моих отца и мать.
Как искать, если всё, что мне известно, — это его имя — Римел Орсан? И был он под зельем чужой личины. Как же ты на самом деле выглядишь, Римел?
— Этот кусок дерьма когда-нибудь выдаст себя. Мечтаю о дне, когда сверну ему шею голыми руками, — охотно делюсь с другом, когда выходим на тренировочное поле.
Дракон внутри меня недовольно рычит.
— Четвертый курс, боевики, на разминку марш! — грохочет голос магистра Флейбиха. — Опоздавшим — семь кругов! Всем остальным — пять.
— Хорошо, что сегодня мы не из числа убогих, — хмыкает Чейз, пихая меня локтем.
Глава 4
Кайн
После учебного дня, вечером, удобнее устраиваюсь в гостиной. Закидываю ноги на журнальный столик, и шустро метнувшаяся тень дракона зажигает камин.
Привычная жизнь аристократа стала для меня чем-то далёким. Тем, что будто бы и не существовало вовсе никогда. Как же за два года можно забыть о том лоске, который сочился из каждого угла моей жизни? А теперь… Единственное, что лоснится, — мои начищенные ботинки. Выданные мне же академией.
— Сегодня пятница, а ты мрачнее обычного, — усмехается Чейз.
Достает из тайного шкафчика сливовый эль и разливает в стаканы.
— Виктор добыл контрабанду, — кивает на эль. — Хоть кого-то за хорошее поведение раз в триместр отпускают за периметр академии.
— Счастливчик этот ваш Виктор, — отзывается зло и с завистью мой кузен Шайн, проходя мимо к лестнице.
Мягкий тычок в плечо стаканом, и Чейз лыбится во все тридцать два.
— Отличный сервис, детка, — ядовито отвечаю, забирая стакан. — Чем обязан?
— Считай, сегодня я твой личный ангел-споитель.