Дарквуд не отвечает, лишь, вцепившись в мой локоть мертвой хваткой, тащит вглубь лабиринта.
— Живее, нулевая, горн прозвучит через полторы минуты.
Виктор шагает замыкающим. Шайн и Чейз остаются на середине, куда уже подтягивается команда соперников. После горна у них есть пять минут, чтобы разойтись, на середине образуется каменная стена, и им необходимо будет во всем лабиринте найти и обезвредить соперников. И тварей…
Испытываю облегчение, что мне не придется во всем этом участвовать. Адреналина мне хватает теперь.
Когда доходим до базы, звучит горн.
— Обычно я всегда с вами, — бормочет Виктор, — чего мне сейчас на базе сидеть?
— Присмотришь за нулевой, — командует Дарквуд, когда мы оказываемся возле небольшой вышки-базы.
— Я тогда пока схожу за инвентарем на всякий случай, — вздыхает Виктор и удаляется вглубь небольшого ответвления лабиринта с тупиком.
Вышка находится возле обрыва, отделяющего с северной стороны Тихий лес от территории академии и лабиринта. Но с южной стороны лабиринт проходит вблизи кромки леса.
— Вообще, по правилам на базе не имеет никто права отсиживаться, — поясняет Кайн, прожигая меня взглядом. — Нам могут не засчитать, если узнают. Поэтому сиди тихо.
Кайн ещё что-то говорит, но мое внимание привлекает смутно знакомая фигура там, где стены лабиринта превращаются в каменные стены. Ветви колючих кустов срастаются, становясь зелёной стеной — продолжением. И в небольшом «окошке» виднеется фигура ректора, которая принимает на глазах иной облик. Облик Римела Орсана. И эта фигура явно торопится выйти из Тихого леса, пока изгородь лабиринта не окаменела.
Кайн замечает мое секундное замешательство. Ректор, как назло, мешкает, оглядывается, а я спешно делаю шаг в сторону к Кайну.
Кайн оборачивается быстрее, чем я успеваю сообразить, что он заинтересовался тем, что привлекло мое внимание.
Сердце падает вниз, когда Дарквуд замечает всполох мантии и шевелюру Римела Орсана, который наконец скрывается, выйдя на тропу к академии.
Кайн оборачивается ко мне. В его синих глазах, потемневших от ярости и азарта, теплится странный отголосок наивной надежды.
— Мне это кажется⁈ Или глюки вышли на новый уровень, — хрипло произносит он. Зажмуривается. — Ты его видела?
— Кого? — стараюсь изображать равнодушие, но никогда не умела притворяться и «играть». И снова Кайн улавливает.
— Бездна тебя подери, это же не глюк, да⁈ — рычит он глухо и срывается с места, но я успеваю схватить его за руку.
Кайн бросает на меня испепеляющий взгляд, а затем грубо хватает мои пальцы, намереваясь разжать их.