Подошедший не спеша Шайн смотрит почти равнодушно.
— Цела? — сухо осведомляется менталист.
Я опираюсь ладонями о твердую почву и просто киваю.
Кайн сжимает руки в кулаки, и на них тут же проступает черная матовая чешуя. Черная дымка окутывает его руки так, словно сырая сила вот-вот вырвется и утопит нас всех во мгле.
— Полегче, Кайн, — мрачно, но с напряжением в голосе произносит Шайн.
— Будь тут, Виктор тебя сменит. Я попробую догнать кое-кого, если мне это, конечно, не показалось. Всё равно Чейз в салочки играет с золотыми,– со льдом в голосе говорит Кайн и срывается с места. В ту сторону, где скрылся тот, кого так жаждет найти.
И я старательно прячу эти мысли. Потому что… Потому что тяга к жизни как никогда сильна. Намекни я — и внушение ректора будет приведено в исполнение. И я ощущаю себя предательницей.
— Первые Игры всегда так проходят? — отдышавшись, интересуюсь у севшего прямо на траву Шайна.
Он жует какую-то соломинку и смотрит задумчиво на трибуны. Они возвышаются над лабиринтом. Здесь мы как на ладони. Муравьи, которые вынуждены искать выход из лабиринта и при этом не наткнуться на ловушки и на команду соперника.
— В этом весь смысл. Не сдохнешь сам — тебе помогут Твари Бездны. Слабым здесь не место. Сильные едут на Главные Игры между академиями. В этом году всё ужесточилось, в лабиринте две твари вместо одной.
Я наконец нахожу в себе силы, поднимаюсь, затем отряхиваю колени. Сердце гулко колотится в груди, и я пытаюсь совладать с последствиями выплеска адреналина.
— Забирайся на вышку, Айра, — безэмоционально произносит Шайн, глядя на трибуны как приклеенный. — Посиди там и больше не мешай. Иначе вместо нашей команды на Главные Игры поедут золотые кретины. Не отвлекай нас по ерунде.
Ерунда — это то, что меня сбила с ног тварь и я чуть не погибла⁈
— Ладно, — раздражённо соглашаюсь, чтобы просто не продолжать разговор.
Пока мы с Виктором сидим на вышке, я то и дело прислушиваюсь к переговорам парней по артефакту связи.
Кайн решил, что это глюк после какого-то ритуала.
Спятивший теневой дракон, который видит галлюцинации, — не самое надёжное звено в команде. Но так считаю, видимо, только я. Хотя вовсе не должна, потому что Римел Орсан — абсолютно точно не глюк Кайна…
Глазами нахожу брешь в живой изгороди, и мне приходит в голову безрассудная мысль. Почему ректор Грасс под личиной Римела пошел в Тихий лес? Зачем?
— Отойду в уборную, Айра, — улыбается Виктор и спускается с башни.
Вот он — мой шанс!
Я спускаюсь немного погодя и мчусь в сторону бреши в изгороди. Тащить за собой Виктора я точно не хочу. Уж точно не стану подвергать опасности того, кто одним своим существованием уже делает мир чуточку светлее и добрее.