В этом городе так принято. Просто здорово, что его еще не захомутали, так что у него имеется, так сказать, свобода действий. Но он знал всех, и все знали его, и, помимо Тифф, которая иногда напивалась и присылала ему сообщения с приглашением заглянуть в гости, соваться было особо некуда.
Рик бросил взгляд на незнакомку, которая недавно зашла в бар. Посмотреть есть на что, спору нет, только вот держится так, будто считает себя эдакой штучкой. Для которой он рылом не вышел. Теперь она сидела за барной стойкой спиной к нему. Жопа у ней тоже ничего… Может, и не хуже, чем у Ронды. Хотя Рик сомневался, что они согласятся встать рядом друг с другом, чтобы он мог сравнить.
С ней разговаривал старик Рассел, и вид у нее был такой, будто к ней обращается садовый слизняк. Пожалуй, это шанс. Можно подойти, выступить в роли ее спасителя, велеть Расселу, чтоб отвалил. А потом, может, угостить ее выпивкой, потрендеть о том о сем…
Рик встал.
– Куда это ты намылился? – спросил Лео. Он все еще немного дулся.
– Возьму себе новое пиво. В этом моя зажигалка, – ответил Рик, после чего шагнул к стойке. Женщина обернулась, чтобы посмотреть на него.
Рик замер. Он знал эти глаза. Эти чертовы карие глаза, которые преследовали его во сне и наяву. Он ни с чем бы не спутал их, ни за что на свете, даже через тысячу лет – после того, как увидел их вблизи, широко раскрытые и полные ужаса. Ему часто снилась та ночь, когда все полетело к чертям. Вся эта кровь. Рот Виктории, беспомощно хватающий воздух, не способный втянуть его. И она, стоящая там, глядящая на него своими широко раскрытыми карими глазами.
Но этого не может быть! Нет ни малейшего шанса, что это она! Она исчезла навсегда, с концами, черт возьми!
Только это и вправду была она. Теодора Бриггс. Прыщей как ни бывало, выглядит на миллион баксов, смотрит прямо на него…
Рик посмотрел на своих дружков. Лео не знал ее – он переехал в Крамвилл всего пару лет назад. Но Брюс…
– Брюс, – пробормотал Рик. – Глянь-ка на ту цыпочку.
Тот перевел взгляд к стойке.
– И чё?
Он не узнал ее. Большинство людей не узнали бы. Она стала совершенно другой. Хотя глаза у нее были все те же.
Теперь она уже хмурилась, посмотрев на него, а затем на Брюса. И тут глаза у нее расширились. Она узнала их.
– Это Теодора Бриггс! – выкрикнул Рик.
Она соскочила с высокого табурета, и тот с грохотом свалился на пол. И уже неслась к двери.
– Остановите ее! – Рик бросился следом, лавируя между столиками.
Теодора распахнула грохнувшую о стенку дверь и выскочила наружу. Рик был на несколько шагов позади нее, сердце у него колотилось как бешеное. Он слышал позади себя крики, но не было времени оборачиваться, что-то объяснять. Надо было догнать ее.