— Ты поражён величием этого зала, Митёк? — с лёгкой усмешкой произнёс Император, склонив голову набок. В его голосе звучала не насмешка, а скорее любопытство человека, привыкшего видеть трепет в глазах подданных, но не ожидавшего искреннего восхищения.

— Да, Ваша Светлость, — выдохнул Митёк, едва сдерживая дрожь в голосе. — Но больше всего меня поразило не это место в отдельности, а то, как оно преобразовалось, когда Ваша Светлость взошёл на трон. Словно сама каменная плоть зала ожила, наполнилась силой, которую невозможно описать словами. Это невероятно… Невероятно могущественно и прекрасно! Ваша Светлость… Мой Император… Вы истинный бог на земле, — задыхаясь от волнения, выпалил мальчишка, сам не веря, что произносит такие смелые слова. Его щёки вспыхнули румянцем, а ладони невольно вспотели.

Император медленно провёл взглядом по статуям крылатых львов, чьи рубиновые глаза, казалось, мерцали в ответ на его мысли. Лёгкая усмешка тронула его губы.

— А не врёт ведь, шельмец, — тихо, почти шёпотом, произнёс он, обращаясь к советнику. — Мне нравится этот юноша. Он зрит истину.

Советник, не меняя выражения лица, слегка наклонил голову, но в его глазах мелькнул холодный расчёт.

— Так какой же награды ты желаешь за свой подвиг, мальчик? — сухо произнёс он, скрестив руки на груди. — Только хорошо подумай, прежде чем ответить. В этот раз.

Митёк на мгновение замер, собираясь с духом. Он знал: одно неверное слово — и всё может рухнуть. Но сердце подсказывало ему быть честным.

— Ваша Светлость, — Митёк склонился ещё ниже, почти касаясь лбом мраморных плит, — моё желание остаётся прежним. Анятка и Доня — вот всё, что мне нужно.

Император откинулся на спинку трона, и металл под его рукой издал едва уловимый гул, словно трон одобрял его решение.

— Ну, допустим… — протянул он, задумчиво барабаня пальцами по ледяному подлокотнику, от которого поднимался призрачный иней. — Я вознагражу тебя так, как ты желаешь. А что дальше?

Митёк молчал, сбитый с толку. Он не совсем понимал вопроса Императора — разве не достаточно получить то, о чём мечтал?

Император, заметив замешательство юноши, продолжил, и в его голосе зазвучали стальные нотки:

— Во-первых, я не отдам своего ангела простолюдину. Об этом ты уже знаешь. Значит, мне придётся даровать тебе титул. Хорошо, я дарую тебе… — он сделал паузу, словно взвешивая каждое слово, — ну, барона, к примеру. Ты должен будешь сыграть достойную свадьбу, дать своей супруге кров и достойное её положению обеспечение. И это я говорю только про одну, а ты желаешь сразу двух. У тебя есть земля, дом, слуги? Мои ангелы привыкли к роскоши — к изысканным яствам, шёлковым постелям, к услужливым рукам, которые предугадывают малейшее желание. Ты готов обеспечить им это? Готов ли ты стать не просто мужем, но и защитником, покровителем, человеком, чьё имя будет звучать гордо в стенах этой империи?