Стены облицованы тёмно-красным мрамором с прожилками золота, которые, если присмотреться, складывались в едва различимые геральдические символы — знаки древних родов, некогда правивших этими землями. В нишах застыли статуи древних правителей — молчаливые свидетели веков, чьи каменные лица хранили строгость и величие. Их глаза, выточенные из полупрозрачного кварца, словно следили за каждым, кто переступал порог зала. Между колоннами, словно молчаливые стражи, стояли статуи крылатых львов с глазами из рубинов — по преданию, они видели каждого, кто замыслил обман. Их гривы были выполнены с такой детализацией, что казалось, будто шерсть шевелится от едва уловимого дуновения ветра.
В дальнем конце зала, на возвышении из семи ступеней белого оникса, залитых алым светом из витражных окон, располагался трон — не просто сиденье, а артефакт, чья мощь хранилась в веках. Ступени, отполированные до зеркального блеска, отражали фигуры вошедших, искажая их силуэты в причудливой игре света и тени.
Он был создан из металла, который не знала обычная кузница: тёмный, как ночное небо без звёзд, но пронизанный изнутри багровыми всполохами, будто в его толще тлели угли древнего пожара. При приближении можно было ощутить едва уловимое гудение — низкий, почти неслышный звук, от которого дрожали кончики пальцев. Форма трона напоминала распустившийся цветок хищного растения — широкие лепестки-подлокотники изгибались вверх, оканчиваясь острыми шипами, покрытыми инеем вечной мерзлоты. Даже в этом пышущем жаром зале шипы оставались ледяными, и если бы кто-то осмелился прикоснуться к ним, то почувствовал бы как холод проникает в самую душу. Спинка вздымалась высокой аркой, украшенной чеканными изображениями битв и триумфов минувших эпох. Каждая сцена была выполнена с поразительной точностью: можно было разглядеть лица воинов, блеск их оружия, развевающиеся знамёна.
В самом сердце трона, в углублении, напоминающем лоно древнего алтаря, покоился магический артефакт — Сердце Престола. Это был кристалл неправильной формы, словно осколок застывшей крови. Он не светился явно, но при внимательном взгляде можно было увидеть, как внутри него медленно перекатываются сгустки алого пламени, рисуя причудливые узоры — то ли карты неведомых земель, то ли письмена забытого языка. Время от времени кристалл издавал тихий звон, похожий на отдалённый удар колокола, и тогда по залу пробегала едва заметная дрожь. Любой, чья кровь не несёт печати наследников империи, едва прикоснувшись к трону ощутит мгновенный холод, а затем нестерпимый жар, превращающий плоть в пепел. Слуги и советники знают: даже случайно задеть край трона — верная смерть. Потому все, кроме императора, держатся на почтительном расстоянии, а те, кто обслуживает зал, носят специальные перчатки из особой кожи, защищающей от магического воздействия.