— Давайте здесь я буду решать, стоит или нет, — резко сказала я, и капитан даже остановился — настолько не ожидал от меня такого тона.
А я именно в этот момент и просканировала его. Увидела, что ситуация плохая: на руке в районе плеча было повреждено сухожилие, и если срочно не залечить, то у капитана будут проблемы со сгибанием и разгибанием, и вряд ли ему удастся быстро разработать.
— Вы что, хотите остаться инвалидом? — спросила я.
— Нет, — растерянно произнёс капитан.
И тогда я добавила:
— Тогда не мешайте мне.
Лечение капитана заняло около минуты: всё же воздействие на свежую рану гораздо эффективнее, чем на ту, где уже началось воспаление или неправильное срастание.
Капитан удивлённо посмотрел на свою руку и даже помахал ей:
— Не болит.
— Ну вот, а вы боялись, — подытожила я, совсем забыв про то, что мужчинам нельзя такое говорить.
Вот и сейчас этот огромный, по сравнению со мной, капитан обиженно заявил:
— Я не боялся, просто…
И осёкся, а я с интересом на него посмотрела, ожидая продолжения, но продолжения не последовало.
Капитан явно не желал ничего говорить, а я не стала спрашивать. Зачем спрашивать, когда и так понятно, что это был запрет генерала?
Но я не успела додумать эту мысль, потому что мы дошли до места, где находился важный пациент. Важным пациентом оказался молодой мужчина, он был очень сильно ранен, его тёмные волосы тоже были в крови — видимо, у него была разбита голова, — и находился он в беспамятстве.
Я взглянула на него и поразилась, что, в отличие от остальных, этот мужчина не был человеком. Это был дракон, но внешне он был одет и выглядел почти так же, как и остальные. Почти — потому что он был выше и мощнее любого человека. Но сейчас он лежал на земле, из его ран текла кровь, и ран было много. Я спросила капитана:
— Его что, всем отрядом убивали?
— Нет, — покачал головой капитан, — он дрался с генералом Лаэртом.
— А почему он его не убил? — спросила я, не веря, что генерал неожиданно проявил сочувствие к врагу.
— Потому что я хочу его допросить, — вдруг раздался голос генерала из-за спины.
Я опустилась на колени, одновременно начав воздействовать на раны, но только на те, что находились на поверхности: рассечения мышц, запечатывала мелкие сосуды, чтобы остановить активное кровотечение и предотвратить большу́ю потерю крови.
А вот несколько ранений были проникающими, и мне нужны были инструменты и операционная. И я очень сомневалась, что здесь, в этом ущелье, мне смогут всё это обеспечить.
— Не нужно его излечивать полностью, — снова раздался голос генерала Лаэрта, — подлатайте его чуть-чуть, и хватит.