Мы протиснулись вперед, чтобы видеть веранду, на которой должен был появиться Деннис, вышедший из своей затяжной добровольной комы.
В руках у людей были свечи и масляные лампы. Некоторые держали связки ароматических благовонных палочек. Некоторые пели.
И вот в дверях дома показался Деннис. Он взглянул на веранду, как будто это была крытая красной черепицей река, затем на толпу молящихся на улице.
– Привет всем и каждому здесь и повсюду, – произнес он. – В смерти покойно. Я там был и могу заверить вас, что там очень покойно, если только кто-нибудь не ломает тебе кайф.
Все радостно зашумели и стали выкрикивать имена всевозможных богов. Деннис осторожно сделал несколько пробных шагов. Собравшиеся завопили и запели. Он спустился по ступенькам на дорогу и упал без чувств посреди толпы.
– Представление началось, – прокомментировала Карла.
– Думаешь, он притворяется? – спросил я, наблюдая за богомольцами, которые орошали слезами Денниса, вновь принявшего горизонтальное положение.
– Он сейчас встанет, – ответила она, прислонившись ко мне. – Это только прелюдия.
Деннис неожиданно сел, и толпа, ожидавшая его благословения, отхлынула.
– Я понял, – сказал он. – Я знаю, что я должен сделать.
– Что? Что? – послышались голоса.
– Мертвые, – ответил он звучным низким голосом, далеко разносившимся в тишине. – Я должен позаботиться о них. Кто-то должен им послужить.
– Мертвым? – переспросил кто-то.
– Мертвым, и только мертвым, – ответил он.
– Но как можно им служить? – поинтересовались из толпы.
– Сначала мне надо выкурить хороший чиллум. Возврат к жизни убивает мой кайф. Будьте добры, не может ли кто-нибудь приготовить мне хороший чиллум?
Десятки людей кинулись выполнять его просьбу, значительно затруднив задачу, но наконец Билли Бхасу, сев на корточки рядом с поверженным жрецом Морфея, предложил ему трубку.
Деннис закурил. Окружающие стали молиться. У кого-то в руках зазвенели храмовые колокольчики. Кто-то защелкал кастаньетами, и еще кто-то стал читать слабым голосом мантры на санскрите.
– Этот парень – ходячее кино, – заметила Карла. Оглянувшись через мое плечо на Рэнделла, стоявшего на полшага позади нас, она спросила: – И как тебе, Рэнделл?
– Впечатляющий спектакль, мисс Карла. Спонтанная канонизация.
– Да, этого у Денниса не отнимешь, – заметил Навин. – Он сам себе вселенная.
Деннис с трудом поднялся на ноги. Несколько крепких молодых парней притащили паланкин, криками и ворчанием прокладывая себе путь через толпу. Это были носилки для доставки трупов к месту ритуального сожжения, но на них установили кресло, обтянутое серебристым кожзаменителем.