Крысы засуетились, заметались и двинулись серой массой на поиски пропитания в другое место.
Пес тявкнул нам что-то – очевидно, «убирайтесь, откуда прибыли».
Мы поехали дальше.
– Симпатичный пес, – бросил мне Доминик через плечо.
– Да. Но хорошо, что он не привел с собой своих друзей. В Индии ежегодно умирают от бешенства тридцать пять тысяч человек.
– Ты как-то мрачно смотришь на жизнь, – заметил он, сворачивая в сторону Ворли-Наки.
– Я смотрю, как бы выжить.
– Тебе надо открыть сердце Иисусу, – сказал Доминик.
– Иисус и так живет в каждом сердце, братишка.
– Ты так думаешь?
– Конечно. Я люблю этого парня, как и все остальные.
– Вовсе не все, – рассмеялся он. – Многие ненавидят Его.
– За что Его ненавидеть? Блестящий ум, любящее сердце, искупление общих грехов. Иисус был парень что надо. Возможно, они ненавидят христиан , но не Иисуса.
– Во всяком случае, надеюсь, что сегодня здесь нет таких, кто ненавидит Его, – сказал Доминик, заглядывая во все переулки, которые мы проезжали.
Мы доехали до Ворли-Наки, где на ярко освещенном перекрестке величиной с футбольное поле пересекались пять магистралей и посредине стоял дозором одинокий коп.
Доминик подрулил к нему и выключил двигатель.
– Дежуришь тут в одиночестве, Махан? – спросил он на маратхи.
– Да, сэр. Но теперь уже не в одиночестве, сэр, потому что подъехала ваша добрая личность. А белый парень – это кто?
– Это переводчик, волонтер.
– Волонтер?
Махан с подозрением оглядел меня, очевидно опасаясь, что я начну чудить, потому что только ненормальный может добровольно разъезжать по улицам в такое время.
– Волонтер, вы говорите? Он что, спятил?
– Махан, я жду от тебя отчета! – рявкнул Доминик.
– Сэр! Здесь все тихо, сэр, с тех пор как я заступил на пост точно в…
Справа донесся тяжелый двойной удар, и мы увидели приближавшийся к нам перегруженный людьми грузовик, который перескочил через «лежачего полицейского».
Огромный грузовик тащил за собой прицеп с высокими деревянными бортами, доходившими до уровня груди людям, битком набившимся в кузов. Когда грузовик проезжал под фонарями, оранжевые флаги сияли на свету, как маленькие солнца.
Грузовик перевалил через очередного «лежачего полицейского», и по толпе в кузове пробежала волна: сначала передние поднялись на ее гребне, затем те, что были прижаты к заднему борту.
«Рам Рам» [99] , – пели они.
Позади нас послышался автомобильный гудок, и, обернувшись, мы увидели еще один грузовик, подъезжавший слева. В нем размахивали зелеными флагами и кричали: «Аллаху акбар!»
Грузовики должны были встретиться примерно в том месте, где мы стояли посреди дороги.