– Карла, я…
– Ну что, пора? – спросил Дидье, глядя на затухающее пламя. – Мы готовы.
Дидье и Навин собрали пепел, остудили его, и каждый из нас взял по горсти.
Печальные останки Лизы мы развеяли по ветру с угла крыши, выходящего к океану.
– Прощай и здравствуй, прекрасная душа, – промолвила Карла вслед улетающим хлопьям пепла. – Возвращайся к новой, счастливой жизни.
Ветер унес с собой и наши воспоминания о Лизе. Я отчаянно, без слез, проклинал злодейку-судьбу.
– Пожалуй, пора уходить, – сказал Навин, разбирая импровизированную печь. – Скоро уборщицы придут.
– Погодите, – сказал я. – Мадам Жу со своими приспешниками вернулась и разыскивает Карлу. Собирается облить ее кислотой.
– Кислотой? – с ужасом повторил Дидье.
– А кто это такая? – спросил Навин.
– Мерзкая тварь, – пояснил Дидье, отхлебывая из фляжки. – Представь себе паука размером с женщину.
– Пока мы от мадам Жу не избавимся, Карле нужна круглосуточная охрана. Надо…
– Спасибо, Дидье и Навин, я с радостью приму вашу помощь, – оборвала меня Карла. – Но ты, Лин, в этом участвовать не будешь.
– Как это?
– Вот так.
– Это еще почему?
– Потому что тебя здесь не будет. Ты уедешь.
– Уеду?
– Да.
– Когда?
– Утром.
– До свиданья, Лин, – вскричал Дидье, обнимая меня. – Я раньше полудня не просыпаюсь, так что твой отъезд пропущу.
– Отъезд куда?
– На гору, – объяснила Карла. – Две недели поживешь у Идриса.
– До свиданья, Лин, – сказал Навин и тоже обнял меня. – Я буду ждать твоего возвращения.
– Погодите…
Все направились к выходу. Когда двери лифта закрылись, Карла вздохнула:
– Всякий раз, как лифт закрывается, мне кажется…
Дидье протянул ей фляжку.
– А я решила, что ты все выпил, – сказала Карла, сделав глоток.
– Это запасная.
– Дидье, давай поженимся! Только сначала я разведусь с Ранджитом или убью его…
– Увы, я связан неразрывными узами со своими пороками, – ответил Дидье. – А пороки – ревнивые любовники, все до одного.
– Вот так всегда, – вздохнула Карла. – Все мои поклонники либо порочны, либо неразрывно связаны с пороком.
– А я? – спросил Навин. – Я ведь теперь тоже твой поклонник.
– А ты – и то и другое, – ответила Карла. – Именно поэтому я возлагаю на тебя большие надежды.
Мы подошли к лимузину. Рэнделл распахнул перед Карлой дверцу. Я решил вернуться за мотоциклом, оставленным у особняка «скорпионов». Карла отошла со мной к парапету набережной, попрощаться.
– Держись, – сказала она, положив ладонь мне на грудь.
Прикосновение ее пальцев раскрыло мне истину.
«Представь, что вот так – каждый день».
– Что-что, а держаться я умею, – улыбнулся я.
Она рассмеялась, будто зазвенел храмовый гонг.