Мы вышли на обочину, где он посигналил синеватым лучом фонарика. Тормоза взвизгнули, грузовик со скрипом остановился, мотор заработал на холостых оборотах.
Позади, в тени фургона, замер джип с выключенными фарами.
Проводник подтолкнул меня к джипу. В кузове грузовика на тюках хлопка сидели человек пятнадцать, а то и больше.
– Поедешь в джипе, – объяснил проводник. – Ты же журналист. Тебе с простыми людьми не положено.
По легенде я был Джимом Дэвисом, канадским репортером агентства Рейтер. Паспорт и журналистское удостоверение выдержат любую проверку – документы я сделал сам.
Мы пожали руки, понимая, что вряд ли снова увидимся и что один из нас не доживет и до конца года.
– Не забудь, поселишься в «Кастелрее», веди себя тихо, через день-два с тобой свяжутся. Удачи тебе. Да хранит тебя Дурга, – прошептал проводник мне на ухо.
– И тебя.
Он вскарабкался в кузов грузовика, уселся на тюк и с улыбкой помахал мне.
На мгновение мне вспомнился трон из тюков во дворе велокиллеров, но вместо наемных убийц на нем восседали призраки войны.
Я сел на переднее сиденье джипа, обменялся рукопожатиями с водителем и двумя улыбчивыми юношами на заднем сиденье.
Грузовик тронулся с места, джип поехал следом. По лицу проводника пробегали дрожащие тени. Он не сводил с меня глаз. Грузовик ехал на юг.
Те, кто, как я, ненавидит преступность, часто задаются вопросом, почему люди, как и я, идут на преступления.
Один из сложных ответов заключается в том, что путь по кривой дорожке всегда легче, до тех пор пока его не уничтожит гнет желания. Ответ попроще звучит так: когда рискуешь жизнью и свободой, часто сталкиваешься с людьми особого склада. В обычной жизни они были бы преуспевающими финансистами, промышленниками или великими полководцами, но в джунглях, преследуемые врагами, они становятся друзьями, потому что в такой ситуации друг – любой, кто готов отдать за тебя жизнь. А те, кто готов отдать жизнь за постороннего, встречаются крайне редко – если не считать полицейских, военных или преступников.
Грузовик свернул на проселочную дорогу. Лицо проводника скрылось в тени. Больше я его никогда не видел.
Мы ехали минут двадцать, а потом водитель остановил машину на обочине.
– Приготовь документы – паспорт, удостоверение. Дальше начинаются пропускные пункты. Иногда машины проверяют, иногда нет. Здесь в последнее время было тихо. И вот, надень. – Он протянул мне темно-синий бронежилет с надписью «ПРЕССА» на груди.
Водитель и юноши на заднем сиденье тоже надели бронежилеты, а на лобовом стекле появилась белая картонка с той же надписью.