Лер подхватил ее на руки, прижал. Скинул с плеча штормовку, закутал миниатюрную девичью фигурку, как в плащ.

— Тише, тише, Ветерок. Что случилось?

Они никогда не разговаривали во сне. Лишь в первый раз она звала его. Так, как могла звать только Ди: «Лель!»

Он был уверен, что не может издать во сне ни звука. Но слова прозвучали.

— Лель… я скучаю по тебе. Очень сильно. Засыпаю с мыслью о тебе, просыпаюсь с воспоминаниями.

Она потянулась к нему так доверчиво. Получила порцию своих поцелуев. Улыбнулась, прищуриваясь. Так улыбаются первым лучам солнца сытые младенцы, просыпающиеся утром.

— Будь осторожен. Сейчас — особенно.

— Я всегда осторожен. И всегда принадлежу тебе. Зачем ты тревожишься?

Удивленно посмотрела. Покачала головой, словно не веря.

— Неужели ты не понимаешь? Лель, такой мудрый, такой сильный. Это не ты для меня. Это я для тебя. Я твое продолжение. Я твой катализатор. Подумай. И еще: никому больше не верь. Даже мне, там. Только себе.

— А здесь я могу тебе верить?

Поцелуй. Прижалась теплым лбом к его груди, на минуту задумавшись.

— Да. Это же твой сон. Мне пора, мой любимый Лель. Просыпайся.

И он открыл глаза.

Звонкой трелью звонил телефон. Снова закрыл глаза, резонно решив, что скорее нащупает, нежели увидит трубку в беспорядке постели. Нащупал.

Неизвестный номер настойчиво сверлил сонный мозг входящим звонком. Сбросил. Не было ни малейшего желания общаться с банковскими маркетинговыми службами, успевшими заполучить номер новой жертвы.

Пришло сообщение. «Лер. Это Макс. Лад просил с тобой связаться».

О! Мужа Аленки он пытался найти все дни пребывания в «норе».

Что-то ему подсказывало, что общение с подругой надо начать именно со встречи с ним. Уж больно многозначной была ее реакция на поздравление со знаменательным событием. И тот факт, что нетерпеливая и любвеобильная Аленка до сих пор не появилась на его горизонте, лишь пообещав связаться, тоже настораживал.

Нажал ответный вызов. Абонент тут же звонок принял.

— Привет. Ты, я смотрю, снова весь в конспирации? Абонент не абонент, не достучаться и не вызвонить.

— Да, я в Питере, в отпуске. Расслабляюсь инкогнито. С трудом дозвонился до Аленки, узнал, что вас есть с чем поздравить?

Макс замолчал. Молчание длилось минуту, не меньше, Лер даже решил было, что выключил случайно звук в разговоре.

— Знаешь… Давай встретимся. Прости, что отвлекаю от радостей отпуска, но мне нужно срочно передать тебе кое-какие дела и рабочие файлы, меня отстраняют. Лад настаивает на спешности, он с тобой сегодня еще свяжется.

Безжизненный голос смертельно уставшего человека, совсем не похожего на того Макса, которого он много лет знал.