— Линь, — перебил её рэпер, и его голос прозвучал в пустом коридоре резче и сорваннее, чем ему хотелось бы. — Ответь мне прямо: ты сейчас знаешь, что на самом деле происходит в этом городе?
— В каком именно смысле, Юн?
— С Алисой Светловой. С этой русской вокалисткой. С участницей моей коллегии, — он выдержал тяжёлую, рваную паузу, сжав кулаки. — Я уже два часа не могу до неё дозвониться, сеть отключена. Её подруга Мэй панически сбрасывает мои вызовы, а их квартира пуста. В Чаояне произошло ЧП, Линь. Я это чувствую.
В трубке повисла пауза. Линь молчала ровно столько, сколько требуется инвестору, чтобы принять стратегическое решение.
— Я прямо сейчас попробую оперативно узнать расклад, Юн, — тихо, но очень веско произнесла она. — У меня есть свои каналы информации.
— Какого рода каналы, Линь? О чём ты?
— Твоя родная сестра, — спокойно ответила Линь. — Мы с ней... весьма плотно общались вчера ночью после закрытого дефиле. Я наберу её личный номер. Если кто-то в этом мегаполисе прямо сейчас доподлинно знает, что происходит с твоей русской — это Ван Лан.
Юн сжал смартфон так, что пластик скрипнул в пальцах. Ван Лан. Ну конечно. Кто же ещё способен был так безжалостно переписать сценарий.
— Хорошо, Линь, — глухо выдохнул он в трубку. — Я возвращаюсь в студию «Glass House». Буду ждать твоего звонка.
31.2. Охотничий азарт
Сюин Линь плавно опустила руку и несколько секунд сидела недвижимо в своём офисном кресле, отрешённо глядя на темнеющий экран. В её памяти мгновенно, до малейших деталей всплыл вчерашний поздний ужин на восемьдесят шестом этаже небоскрёба «China Zun». Вспомнила, как она, пригубив вино, чеканила Лан в лицо: «Ты пальцем не смеешь тронуть эту девушку за пределами съёмочного павильона. Никакой грязи. Никакой травли». И глупо верила, что этого хватит. Потому что Ван Лан всегда умела быть пугающе убедительной в кадрах.
Она решительно набрала её номер.
— Лан? Это Линь. Нам необходимо поговорить.
— О, милая Линь! — голос Лан в динамике звучал удивительно легко, почти весело. — Ты со своим звонком оказалась как раз вовремя. У меня тут на рынке, представляешь, разворачивается забавный кризис. Наша русская гостья Светлова тайно сбежала.
— Сбежала? — Линь волевым усилием заставила свои связки звучать подчёркнуто ровно, холодно. — Что это значит, Лан?
— Оставила своей маленькой китаянке дурацкую прощальную записку в мессенджере о том, что якобы в панике улетает обратно в Россию, отключила телефон и бесследно испарилась из квартиры. Глупая, импульсивная девчонка. Я ведь вчера в переговорной лично на блюдечке предлагала ей колоссальный контракт, бешеные деньги, защиту, карьеру амбассадора — абсолютно всё, о чём она в своём богом забытом Зареченске даже в самых смелых грезах мечтать не могла. А она взяла и трусливо сбежала. Теперь моя служба безопасности вовсю ищет её. Безумно беспокоюсь за неё, если честно. Всё-таки иностранка в чужой стране, язык знает плохо, одна — мало ли какая беда с ней может приключиться на улицах.