Сон. Всего лишь сон.
Я прислушалась. Ни шагов за дверью, ни скрипа пола. Можно было спокойно выдохнуть. Почему же я всё ещё смотрела на дверь?
Сползла с кровати, прошла в ванную на негнущихся ногах и включила холодную воду. Умылась. Постояла, глядя на своё отражение.На щеках чертовски яркий румянец. Глаза блестят. Будто первая ночь с Алессио случилась наяву.
Я вернулась в комнату, села на край кровати и обхватила себя руками.
Впервые такие яркие видения мучали меня пять лет назад. Мне было семнадцать. Дон Лучиано приехал к отцу поздно вечером. Сидел в гостиной с бокалом виски. Глава нью-йоркской мафии, один из самых страшных людей в городе заехал поболтать. Мама заперла Софию в комнате, а мне велела даже близко не подходить к гостиной. Но разве я могла удержаться? “Синьор Алессио старый друг отца, почему я должна его бояться”. И я зашла к ним. Якобы потому, что хотела взять книгу. “К уроку истории нужно готовиться”. Отец коротко кивнул на шкаф. Молчал и, как я вспомнила спустя пару лет, смотрел настороженно. Не на меня, на гостя.
Алессио обладал магнетической харизмой. Тёмный костюм, строгий галстук, дорогие, но не слишком вычурные золотые часы. Да, я не могла оторвать взгляд от его рук. Разве у мужчин бывают такие? Сильные, большие, но красивые. Каждый жест — произведение искусства. То, как он держит бокал виски. Как подносит напиток к губам. Боже, зачем я посмотрела на его губы?
Щёки вспыхнули румянцем. Я схватила какую-то книгу и сбежала к себе.
Закрыла дверь на ключ, забралась под одеяло. Хотела спрятаться от всех. Унять желание, впервые вспыхнувшее так остро. Зачем он пришёл? Зачем? Чужой, опасный, запретный. Я не выдержала и сунула пальцы в трусики.
Кончила быстро, тихо, вцепившись зубами в подушку. И потом долго лежала, глядя в потолок, с горящими щеками и мыслью, что со мной что-то не так.
С тех пор прошла целая жизнь. Я обручилась официально с Маттео, закончила школу, поступила в колледж. Потом трагедия, похороны, поспешная свадьба.
И вот я снова сижу в мокрых трусах после фантазий об Алессио. Только теперь он мой муж. И мы договорились жить как соседи. Отдельные комнаты, отдельные этажи. И его обещание не трогать меня, пока я сама к нему не приду.
Я перевернулась на живот, уткнулась лицом в подушку и шумно выдохнула. Можно сколько угодно злиться на дурацкий сон. Только ещё вечером, когда Алессио сказал, что у него дела, мне хотелось попросить его поужинать со мной. Спросить что-нибудь обычное. Как прошёл день, например. И самой спросить в ответ.
Нет.
Мы живём как партнёры по сделке. Опека над Софией, наказание дяди Марко. Никаких чувств или страсти. Голый расчёт.